Книга Жуков. Если завтра война, страница 55 – Петр Алмазный, Игорь Минаков

— Какие факты?

— Данные, которые невозможно подделать. Конкретные цифры по скрытым потерям в Китае, особенно в боях против коммунистов Мао. Сведения о дефиците стратегических материалов на конкретных заводах.Имена высокопоставленных офицеров, которые разделяют наши взгляды, но пока молчат.

— Это самоубийство, — прошептал Танака. — Если эти данные попадут не в те руки…

— Если мы их не предоставим, наш источник иссякнет, — пожал плечами профессор. — Русские прагматичны. Они не верят в благородные порывы. Они верят в силу и возможности. Наша задача — доказать, что у нас есть и то, и другое. Хотя бы в потенциале.

Танака молчал, глядя на аллею, где гуляли пары и семьи. Мирная, почти идиллическая картинка, словно рисунок на тонкой рисовой бумаге, скрывающая клокочущий огонь в бездне, которая разверзнется не через год, не через два, но разверзнется.

— Данные по потерям я могу добыть, — наконец сказал он. — У меня есть доступ к некоторым сводкам, которые не попадают в открытые отчеты. Моему дяде, возможно, известны детали по арсеналам в Маньчжурии. Что касается имен… Мы не можем рисковать людьми.

— Пусть пока будут не имена, а только намек на уровень занимаемых должностей. Рода войск. Чтобы красные гайдзины поняли, что речь не о кучке никчемных мечтателей-интеллигентов.

— Передайте им, что мы работаем. Что первый пакет информации будет готов через две недели. И что мы ожидаем взамен не денег и не обещаний, а лишь одного — сохранения канала связи на случай кризиса.

— Они согласятся, — уверенно сказал Като. — Им выгодно знать, что в Японии есть внутренняя оппозиция войне. Это ослабляет позиции Тодзе на любых переговорах, если до них дойдет.

И оба адепта «Красной Хризантемы» разошлись в разные стороны. Танака неторопливо направился по тенистой аллее, обуреваемый тяжелыми мыслями. Каждый шаг вглубь этого заговора отрезал путь к отступлению.

Теперь он должен был сознательно изымать и копировать секретные документы. Это был уже не сбор «компромата», а прямая шпионская деятельность. Полезная для Москвы, но смертельно опасная для «Красной Хризантемы».

Вечером того же дня он навестил дядю. Генерал Катаяма жил в скромном доме на окраине Токио, окруженном садом. Он встретил племянника в традиционном костюме, который делал его похожим на чиновника из древнего Эдо.

Соблюдя все положенные ритуалы посещения немолодого родственника, за чашкой зеленого чая Танака осторожно, не называя источников, рассказал о потребности в данных о реальном положении с ресурсамив Квантунской армии.

— Зачем тебе это, Юсио? — устало спросил старый генерал-майор. — Для твоих отчетов в Кэмпэйтай?

— Для отчета, который, возможно, когда-нибудь прочтет тот, кому действительно нужно знать правду, — уклончиво ответил племянник.

Катаяма долго смотрел на него, и в его старых глазах мелькнуло понимание. За себя старик не боялся, по старому самурайскому кодексу, он был уже мертв. Он молча встал, прошел в кабинет и вернулся с несколькими листками, испещренными заметками.

— Это мои личные наблюдения, — сказал он тихо. — Цифры по снабжению боеприпасами для дивизий на Халхин-Голе в прошлом году. И сравнение с номинальными штатами. Разница в тридцать процентов. Офицеры писали рапорты, их списывали на трудности перевозок. Только дело не в перевозках. Дело в том, что промышленность не справляется. Возьми. Используй с умом.