Онлайн книга «Одинаковые. Том 4. Претория»
|
Но, как говорится… поживём — увидим. Всё меняется с каждым днем, и та же самая линия фронта может сдвинуться, ведь отталкиваться исключительно от событий, развивающихся в истории моего мира, неправильно. И вот наконец, наш путь начался. От Блумфонтейна до Винбурга необходимо было преодолеть около ста километров по пыльным дорогам, которые извивались среди холмов и долин. Впереди колонны шли три грузовика Захар — трёхтонки, и их двигатели гудели, как могучие звери, разрезая утреннюю тишину. За ними следовали мотоциклы с колясками и одиночки. Боковое охранение проводило два десятка наших бойцов, передовым дозором выступал десяток верхом во главе с Лехой. Повозки, запряжённые лошадьми, двигались размеренно, их колёса скрипели под тяжестью припасов, необходимых для долгого пути. Лошади с гордо поднятыми головами шагали уверенно, в других повозках сидели бойцы отряда. Всего нас было сто двадцать шесть человек. Колонна двигалась как единый организм — слаженно и уверенно, оставляя за собой облака пыли, которые медленно оседали на южноафриканскую дорогу. Впереди ждал долгий путь, полный неизвестностей. В итоге до Винбурга мы двигались два дня, встав на ночлег примерно на середине пути. Нам попадались мирные жители и небольшие военные подразделения, направляющиеся в Блумфонтейн, но с англичанами за время этого перехода встретиться так и не случилось. Пока мы находились в Блумфонтейне, удалось пообщаться с бурами, которые уже успели серьезно столкнуться с англичанами. И Джек Локхейм, носивший звание фельдкорнета бурской армии, как и с недавнего времени наш Кржижановский, рассказал о том, какие методы британцы стали применять. — Англичане начали создавать какие-то чудовищные лагеря, куда сгоняют всех мирных жителей подряд без разбора, — говорил он. — Дети, женщины, старики или мужчины — всех без исключения. После его слов мне вновь вспомнилось, что в нашей истории во время Англо-бурской войны с 1899 до 1902 года по инициативе лорда Китченера на территории Южно-Африканской земли появилась целая масштабная система лагерей, а именно 45 для белого населения и 64 лагеря для чернокожих жителей. Первоначальное название лагерей было «Refuge» — «места спасения», хотя на деле они представляли собой места принудительного содержания мирного населения. Англичане сгоняли туда бурских женщин, детей и стариков, чтобы лишить многочисленные отряды партизан поддержки местного населения. Располагались они абсолютно в различных районах бурских республик. Часто использовались для этого разрушенные поселения. Как правило, они были организованы в виде палаточных городков, огороженных колючей проволокой, с минимальной инфраструктурой и крайне отвратительными условиями содержания. В концентрационных лагерях просвещённых британцев за время этой войны в нашей истории погибло более двадцати шести тысяч буров. Из них двадцать две тысячи детей и более четырёх тысяч женщин. Всего же в них содержалось около двухсот тысяч человек. Это практически половина всего населения, тогда проживавшего на территории бурских республик. Сколько людей вернулись оттуда по окончанию войны больными, немощными, история умалчивает. Люди гибли от голода, болезней, антисанитарных условий и плохого питания. Нужно отметить, что мужчин-буров отправляли в отдалённые концлагеря на территории британских колоний — в Индию и на Цейлон. Такая тактика привела к масштабной гуманитарной катастрофе, которая оставила след в истории африканеров. По сути, это был явный геноцид в отношении буров, но тема в моем мире относительно закрытая, по крайней мере о ней практически не говорят, обвиняя англичан в содеянном, если конечно сравнивать их действия с действиями фашистов в отношении евреев. Здесь как-то оказалось непринято мировой общественностью поднимать этот старый вопрос давно минувших дней. Отсюда до начинающих появляться концентрационных лагерей еще далеко, но мы с братьями приложим все силы, чтобы такого масштаба как в нашей истории это явление не приняло. |