Книга Одинаковые. Том 2. Гимназисты, страница 75 – Сергей Насоновский, Петр Алмазный

Я смотрел на жирного толстого участкового пристава, который лежал в ванне. Лёша приставил револьвер к его виску. У того на лбу выступил пот, а из его пасти раздавалось хрипение, не понятно то ли боли, которую он в этот момент получает от бессознательной любовницы, то ли от страха. Он понял, что всё закончилось. И теперь прокручивал в голове разные варианты, как выбраться из этой ситуации.

— Погодите, погодите, — сказал участковый пристав.

— Я прошу вас, что я вам такого сделал?

— Почему вы хотите меня убить? —спросил он молящим тоном.

— Знаешь, сказал я, мы были у графа Раулевича буквально позавчера. Лицо участкового пристава при этих словах вытянулось, и нижняя губа задрожала, видимо он уже был осведомлен о происшествии в доме графа.

— И видели, что там происходит с молодыми девчонками. И представляешь, буквально некоторое время назад я отправлял тебе письмо, в котором рассказывал, чем занимается группа аристократов в городе, где ты, господин участковый пристав, должен поддерживать безопасность и порядок. Там все действующие лица были перечислены, и что ты сделал? Остановил преступления? Нет! Ты свою жирную задницу, в надежде на денежную благодарность понес к графу, пытаясь выслужиться, сука! — выкрикнул я не сдерживаясь.

— П-п-простите, — стал заикаться пристав. — Я-я-я не хотел, — заскулил он.

— Конечно не хотел. А триста рублей, что граф Раулевич тебе отдал, да бутылка коньяка, которую ты залил в свое поганое нутро в его доме!

— Этого тоже не хотел? —спросил я.

— П-п-простите, — из глаз участкового пристава потекли слёзы.

— Лёша, погоди! — сказал я Алексею, хотя, по большому счету, говорить то было не обязательно. Мы же с братьями, одно целое, это была больше игра для пристава.

Лёшка убрал пистолет от его головы, и тут я задумался. Немного отклонив в сторону баронессу Майнер, что все время диалога вынужден был придерживать, дабы она не завалилась на Остера, я прикинул: ведь эта тварь может знать о Хмуром информацию, которую мне сейчас необходимо найти. То, что я дал задание шпане — это всё точно провальная схема. И они явно не выведут меня на того в конечном счете.

— Слушай, — сказал я полицейскому, — У тебя есть шанс уйти из этой жизни легко. В любом случае такую тварь как ты живых мы не оставим.Видели, сколько девочек заморили эти ублюдки, и ты косвенно, но в этом виноват. Поэтому извини. Хочешь быстро умереть?

У полицейского задергались скулы, он начал тихо выть, голосом умирающего. Конечно, он не хотел и жутко боялся смерти, но я спросил:

— Похоже, хочешь помучаться перед смертью, так же как мучились те девочки, которых ты не захотел и даже не попробовал защитить? Ну решай!

— Или поговорим? —сказал я приставу.

— Спрашивайте, — заикаясь, вновь стал говорить тот.

— Мне нужна информация о таком криминальном авторитете, как Хмурый.

— Ты что-то знаешь о нём? —спросил я его.

— Знаю. — скулящим голосом ответил тот.

— Где он живёт? Где его Малина? Кто его подельники? Всё, всё, что ты знаешь — выкладывай, собака. — зло прошипел я, глядя тому прямо в глаза.

В итоге участковый пристав выложил всю имеющуюся у него информацию: адреса, где Хмурый собирается со своими подельниками, дал несколько раскладов по его деятельности в городе. На самом деле, этот индивидуум давно уже обосновался в Санкт-Петербурге и наводил шорох по всей округе. Даже умудрялся крышевать некоторых предпринимателей, особо мелких, у которых не было иной защиты кроме самих себя. Как оказалось, наш Остер Карл Иванович уже раз пять отпускал его подельников, замешанных в грязных делах за мзду малую. В том числе он был в курсе деятельности Хмурого, что связана с вымогательством — это, к слову, про ту историю, из которой мы вытащили Гудкова.