Книга Военный инженер товарища Сталина 1, страница 86 – Анджей Б., Виктор Жуков

Генрих Заубах за секунду до того, как его разъело на месте химическим аэрозолем, успел увидеть, как раствор пожирает его ноги. Внутренние органы будто взорвались одним разом, одним мигом, в долю секунды.

Превратившись в сплошной сгусток волдырей, язв и обуглившихся на глазах костей, он успел выдавить в воздух единственный звук:

— Этот газ… он… он сожрал меня…

И, дернувшись, сморщился в иссохший комок чего-то непонятного.

Спустя несколько секунд все было кончено. На территории корпуса эйнзацштаба Розенберга не осталось ни одной собаки, ни одного пленного, ни одного офицера и гестаповца. Угодившая в цистерну с химикатом точным попаданием бомба, одним росчерком судьбы превратила создателей яда в его собственные жертвы. И этот яд, неизвестный науке молекулярный пестицид на основе синильной кислоты, в тысячи раз губительнее «Циклона-Б», вырвавшись на свободу, убил всех его создателей.

С помощью прибывшего к нам Сергея Павловича Королёва наше конструкторское бюро расширилось. Были введены новые разработки того или иного вооружения. Будущий космический конструктор лихо взялся за дело, засучив рукава. Годы отсидки в лагерях давали о себе знать. Крутила поясница, иногда подрагивали руки. Но в целом Королёв выглядел достаточно уверенно. Сразу нашел общий язык с Ильей Федоровичем, а ко мне отнесся с полным восхищением.

— Так ты тот Саша, что вызволил меня из стен ГУЛАГа?

— Скорее, вас вызволил Власик Николай Сидорович, — пожал я руку при первом знакомстве. — Ему спасибо. Я бы не смог обойти Берию с Абакумовым. К тому же, с вас уже было снято обвинение.

— Расскажешь, как попал к нам? Какая у вас техника, ракеты, космонавты?

— Расскажу. Все расскажу, Сергей Павлович! — мне положительно нравился этот решительный человек. — Ведь это вы отправите первого человека в космос!

Королёв обомлел. Похлопал по плечу:

— С твоей помощью мы и до Марса доберемся!

Не хотелось его разочаровывать. При жизни он так и не успеет воплотить свои проекты в жизнь. Поэтому, увильнув от ответа, я принялся обсуждать наш будущий совместный план. Присутствующие коллеги подключились к беседе.

— Прежде всего, дроны, — начал я. — С вашими знаниями мы полностью наладим массовое внедрение в войска. Увеличим их производство. Установим на каждом аппарате усиленный боезаряд. Расширим диапазон действия.

Павел Данилович записывал. Илья Федорович давал указания по телефону. Борька просто бездельничал. Царапина на ноге затянулась, но отважный боец еще долго хвастался перед всеми своим геройским ранением.

— Со мной прибыл штат сотрудников, — отчитался перед куратором Сергей Павлович. — Те узники, что находились со мной в «шарашке». Так называли наше бюро в застенках ГУЛАГа. Чем прикажете заняться в первую очередь?

Илья Федорович сверился с планом работ.

— Мы подходим к Берлину. Немец бежит. По Сашиным данным, опережаем ход истории на четыре месяца. Когда будем в Берлине, то опередим уже на пять месяцев. Это важно. В пределах военной кампании кажется пустяком, но это не так. Поэтому, необходимо как можно скорее наладить точечные удары по цитаделям фашистов. Для этого и разработайте с Александром новые модели дронов. Вы уже слышали, как их в войсках называют?

— Слышал. «Сталинским роем» или «Советскими трутнями».