Онлайн книга «Телохранитель Генсека. Том 2»
|
Дальше я не стал слушать, закрыл кинобудку и вышел, остановившись у дверей кинозала. Попытался представить, что будет завтра в кабинете Брежнева на Старой площади — картина получалась интересная. Кажется, полетят головы… Глава 16 Головы не полетели, но Брежнев взялся за правительство круто. Следующие две недели проводил постоянные совещания и устраивал разборы полетов. После таких мероприятий Леонид Ильич сильно выматывался. Но пешие прогулки не прекратил. Даже несмотря на усталость и серьезные морозы, он все равно за километр от госдачи выходил из машины и шел к дому пешком. Помня историю с Мастерсом, я лично контролировал проверку окрестных лесков и рощиц. И пока никаких «случайных наблюдателей» мы не встречали. — Вот смотри, Володя, как хорошо вокруг! — любовался зимней природой Леонид Ильич. — Какая красота, какое спокойствие. Я, когда тут иду, всегда думаю, а сколько еще мне осталось этой красотой любоваться? Хорошо, что нахожу хоть немного времени посмотреть вокруг, подышать полной грудью… Все дела, дела, дела… Только и живу нормально, что на охоте или рыбалке. Хотя и там умудряются с вопросами пролезть. О, смотри, заяц сиганул! Эх, сейчас бы ружьишко… Леонид Ильич смотрел в сторону леска и в глазах была такая тоска, что я задумался: а что мы в будущем вообще знаем о Брежневе? Воспоминания разных людей, мемуары современников — все это написано об исторической личности, о Генеральном секретаре Союза Советских Социалистических Республик. Время его правления после перестройки называли застоем, но ближе к 2025 году многие стали называть золотым веком. А вот человека, так долго державшего на своих плечах это золотое для Советского Союза время, за должностью и не видели вовсе. Человека сильного, волевого, но при этом очень доброго и даже сентиментального… Когда я был Владимиром Гуляевым, мне довелось присутствовать на одном из многочисленных собраний научной и творческой интеллигенции. В то время было модно с трибуны бичевать «застой», злоупотребление властью, коррупцию, поразившую партию и государство, несправедливые привилегии, которыми пользовались партийные бонзы и приближенные к ним. Брежнева называли «престарелым маразматиком», зажимавшим творческую мысль и тормозящим развитие экономики. Анатолий Софронов, бывший главный редактор журнала «Огонек» взял слово. — Ребята, ну что вы несете? — по-простому обратился он к залу. — Какой застой? Посмотрите, сколько всего было построено и сделано! Да вы все живете в квартирах, которые получили бесплатно,благодаря так называемому застою. Придет время, вы сами будете говорить, что это было золотое время. И если не вы, то ваши дети или внуки Леонида Брежнева будут называть Леонидом Добрым! Собравшиеся не поддержали Софронова. Он спустился с трибуны и в полной тишине покинул зал… Слова Софронова оказались пророческими — это я знал, дожив до 2025 года. Сейчас же я находился рядом с Леонидом Ильичом, и своими глазами наблюдал за тем, какой он человек и что при нем происходит в стране. Вечерами Брежнев часто приглашал меня на ужин и потом мы долго беседовали в его кабинете или кинозале. — Вот что делать, Володя? И надо убирать Патоличева с должности, и не могу этого сделать. Не знаю, как быть. — А в чем причина этой необходимости, Леонид Ильич? |