Книга Телохранитель Генсека. Том 2, страница 32 – Петр Алмазный

Вошедшая смущенно улыбнулась.

— Тамара, конечно, проходи! — мать обрадовалась, подумав: «Эх, такая девушка! И до сих пор ведь Володьку любит. А он вот же дурак»…

Стоп!

Так это что, и есть та самая «девушка-трактор-в поле», к которой меня ревнует Светлана?

— Тамарка, а ты чего так вырядилась? — удивилась Зоя. — Собралась куда?

— Да. В Серпухов хотела поехать. Смотрю, машина возле ворот, думала, может Владимир Тимофеевич подвезет до города? Вы как, не против? — она бросила на меня томный взгляд, потом моргнула. Длинные густые ресницы красиво опустились на щеки и снова взлетели до бровей.

«Явно не один день перед зеркалом репетировала это медленное моргание», — подумал я с усмешкой.

— Конечно, Тамарочка, — согласилась за меня мать. — Он с радостью!

Заметил, как нахмурился отец. «Вот бабы, все им неймется! Оставили бы парня в покое. Сноха ей не такая, другая к сердцу», — раздраженно думал он. А мать мысленно помолилась: «Господи, пусть у Володи с Тамарой все сложится».

Не люблю, когда мной манипулируют, противно. И Тамара, хоть и была прекрасна внешне, стала вдруг неприятна.

— Нет, мама, не с радостью, и вообще никак, — ответил я, резким жестом останавливая мать, готовую возразить.

— Девушка собиралась тщательно и долго, явно не зная о моем приезде, — я говорил о присутствующей здесь Тамаре в третьем лице. Не вежливо, знаю, но мне не хотелось ни обращаться к ней, ни смотреть на нее. — И шла, как я понимаю, на остановку. Вот и пусть идет, пока автобус не пропустила. А я с дороги еще руки не помыл.

Тамара тут же, скомкано попрощавшись, юркнула за дверь.

— Теперь всю дорогу до Серпухова плакать будет, — вскользь заметила сестра, выуживая из коробки еще одну конфету. — Вот дурная такая, вбила себе в голову, что любит тебя, и на других не смотрит. С ее внешностью могла бы за кого угодно замуж выйти. За ней вон директор завода из Серпухова ухаживает, замуж зовет. А она ни в какую. Я, говорит, однолюбка. Однодурка, блин, говорю ей. Ну вот никак понять не может, что ты в своей Свете нашел! Я, кстати, тоже понять не могу. Она же против Тамары что мышка серая.

— А я понять не могу, почему вы обсуждаете мою жену? Я же не спрашиваю, сестренка, почему ты вышла замуж за Ваську, а он едва тебе макушкой до плеча достает?

— Любовь зла, — Зоя рассмеялась. — Он мелкий, но такой бешеный, что я с ним живу, как на вулкане — вообще не скучно! Он же меня на руках носит, фигурально выражаясь.

— Ну это если очень фигурально, — хохотнул отец, подумав: «Хорошо, что внуки в нашу породупошли, рослые».

— Зой, вы бы с матерью объяснили Тамаре, что у меня жена, две дочери. Я очень люблю их. Честное слово, неприятно, что эту Тому вы здесь привечаете, а к супруге моей относитесь прохладно.

Я подошел к умывальнику, сполоснул руки, вытер вафельным полотенцем. В душе клокотало раздражение. Скорее, на себя самого. Неправильно все это. И то, что я, попав в семьдесят шестой год, сразу же жене изменил, тоже неправильно. Это случилось, скорее, по инерции. Ведь в 2025-м у меня с женой давно все кончилось. Даже не помню, в какой именно момент пропали чувства. Жили с супругой как соседи. Естественно, у меня были женщины на стороне. Но сейчас все изменилось. Больше никаких измен! Светлана настолько ранима, так беззащитна, что вряд ли переживет предательство. А любую другую женщину в моей жизни она посчитает именно предательством. Я уже молчу о теще — представляю, что было бы, узнай она об Але⁈ Шкуру бы с меня спустила, и сделала бы это медленно, наслаждаясь каждым мгновением.