Книга Телохранитель Генсека. Том 2, страница 31 – Петр Алмазный

— Да ладно тебе, нашла о чем говорить, ты ткань-то прибери, замарается на кухонном столе, — напомнил ей отец.

— Ой, точно! — спохватилась Евдокия Федоровна и сложив стопкой отрезы ткани, хотела унести их, но не успела. На улице затявкал Дружок.

— Зоя пришла, — сказал отец, пойду встречу.

Дверь открылась и в комнату влетела сестра Медведева.

— Вовка! — завопила она, кинувшись мне на шею. — Брательник, ты совсем лысый стал!

Осторожно поставил ее на пол, осмотрел с удивлением — сестра не намного ниже меня, а ведь мой рост метр девяносто. Слегка располневшая из-за беременности, но статная. И красивая — в мать.

— Вот мальчишки обрадуются! — она двигалась быстро и порывисто. По детству помню, что заставить Зою сидеть спокойно дольше пары минут было невозможно.

— Сережа в школе, а Тимоша с Андрюшей в детском саду. А здесь у нас Аленка растет! — она погладила ладонью живот.

— А вдруг опять парень? — спросил отец.

— Пап, ну перестань! Говорюже, Аленка — значит, Аленка! — Зоя сердито надула губы.

Отец баловал сестру. Мое детство прошло без него. С войны Тимофей Федорович пришел в августе сорок пятого, когда мне уже было почти восемь лет. А вот Зоя стала для него светом в окошке. Сестра вила из него веревки и в детстве, и сейчас.

Она подошла к столу, быстро распаковала коробку птичьего молока и засунула в рот сразу две конфеты.

— М-ммм! Вкуснотища! — она налила в стакан молока из трехлитровой банки, запила и добавила:

— Говорю же, девочка будет. С мальчишками я соленые огурцы ела, а сейчас на сладкое тянет.

— Тебе тоже подарок есть, — я вернулся в комнату, достал упаковки с комплектами постельного белья, мысленно поблагодарив Валентину Ивановну — уже не в первый раз за последние полчаса. Если б не теща, не знаю, как бы решал вопрос подарков. Вот про племянников, к сожалению, не знал. Придется выкручиваться. Медведев наверняка баловал мальчишек, и те будут ждать сюрпризов. Вышел в зал, прихватив из комнаты спортивную сумку.

— Зоя, это тебе! — вручил сестре пакеты и, оставив их с матерью восторгаться подарками, повернулся к отцу:

— Бать, ну не бог весть что, но в хозяйстве пригодится.

Расстегнул молнию, достал коробку с дрелью и отдал отцу.

— Электрическая? Вот это подарок! Знатный. Спасибо, сын!

Он тут же достал дрель из коробки, вставил сверло и включил вилку в розетку. Нажал кнопку на ручке, дрель зажужжала, женщины обернулись на звук.

— Как ребенок, право, — посетовала мать. — Опять сын тебе новую игрушку привез? Давай убирай из дома, а то сейчас начнешь стены сверлить.

— Сама же говорила, что гвоздя некому забить, — рассмеялся отец.

— А ты и поверил? — отшутилась мать.

— А там что? — отец кивнул на вторую коробку.

— Болгарка. Василию подарю.

— Не жирно ему будет? — видно было, что у отца разгорелись глаза и на углошлифовальную машинку. В Союзе ведь такие простому человеку пока вообще нигде не достать.

— Бать, ну ты что…

— Ладно уж… — устыдился своего первого порыва отец. — Забирай, Зоенька, отдашь мужу. А если надо будет, у него возьму попользоваться.

— Вася сейчас в поле, озимые досевают. Вечером придем всей семьей, Вовка сам и отдаст.

— Не помешаю? — вопрос прозвучал вместе со стуком в уже приотворившуюся дверь. В комнате мгновенно сталотихо.

Я оглянулся и обомлел — в дверях стояла фотомодель, будто сошедшая с обложки журнала. Правильный овал лица, большие карие глаза, опушенные густыми ресницами, нос с легкой горбинкой и изящно вырезанными ноздрями, губы красивой формы и умопомрачительная фигура с ногами от ушей. Я не мастер описывать женщин, но мне показалось, что она похожа английскую леди. И одета так же — элегантно, со вкусом. Пальто простого кроя, до середины бедра, расстегнуто. Под ним тонкий свитер из шерсти оливкового цвета и темные брюки. В руках маленькая пузатая сумочка. Немного портили образ резиновые сапожки, но в деревне это обувь номер один.