Книга Телохранитель Генсека. Том 4, страница 36 – Петр Алмазный

— Давайте не будем предвосхищать результаты расследования, — прервал тираду Цинева Вадим Николаевич. — Здесь упоминали кафе «Лира». Владимир Тимофеевич, если я не ошибаюсь, в семь вечера у вас там назначена важная встреча, — Удилов посмотрел на часы. — Уже восемнадцать тридцать, вам стоит поторопиться.

Я удивился — откуда он знает о встрече? Но сейчас не время для таких вопросов, поэтому, простившись с участниками совещания, я поспешил покинуть кабинет председателя Комитета.

— Володя, Леонид Ильич просил, чтобы ты лично доложил ему сегодня же вечером, — напомнил Рябенко, когда я уже выходил в приемную.

— Будет сделано, — обернувшись, ответил я и вышел, закрыв за собой дверь.

Пока ехал с Лубянки на встречу, думало кафе «Лира». Место культовое — в 1970-х славилось своей атмосферой и интерьером «под Запад», барной стойкой с коктейлями, соответствующей музыкой и публикой. А в конце 1990-х годов «Лира» была закрыта и на ее месте открылся первый московский «Макдональдс». В общем, поменяли шило на мыло.

Кстати, о котлетах с булкой… В животе заурчало. Надо же, сегодня снова так забегался, что за весь день и не вспомнил о еде. Пользуясь случаем, надо будет сейчас исправить эту ситуацию.

На входе в кафе меня остановил швейцар Костик — легендарная личность в определенных кругах Москвы. Он отличался военной выправкой, интеллигентным лицом и умением вежливо хамить. Пройти его «фэйс-контроль» было еще тем квестом. Помню, у «Машины времени» в 90-х целая песнявышла, посвященная этому кафе и его швейцару. Так и называлась «Кафе Лира»:

У дверей заведения — народа скопление, топтание и пар.

Но народа скопление не имеет значения — за дверями швейцар.

Неприступен и важен, стоит он на страже боевым кораблем.

Ничего он не знает и меня пропускает лишь в погоне за длинным рублем.

И в его поведении говорит снисхождение.

Раньше, в моей прошлой жизни, я не сталкивался с этим персонажем, но сейчас в полной мере оценил его «харизму». Костик за пол секунды «оценил» меня и прямо-таки рефлекторно преградил дорогу:

— Прошу прощения, мест нет. И вы, прошу прощения, кто такой? Депутат? Артист? Или у вас заказано?

И сам же ответил на собственный вопрос:

— Нет, не заказано. И не депутат. А почему ведете себя, как депутат?

— А потому что меня здесь ждут, — не вдаваясь в долгие дискуссии, я просто показал корочки.

Костик поморщился, но возражений больше не имел. С явной неохотой пропустил меня. Правда, спустя пару секунд уже отрывался на следующем желающим посетить кафе, отшивая его с помощью «вежливого хамства».

В гардеробе я сдал дубленку представительному, осанистому гардеробщику. Подумал мимоходом, что такого проще представить дворецким где-нибудь в английском поместье, чем у вешалки с номерками. Только вошел в зал, как меня накрыла волна ароматов. Пахло цитрусовыми — еще одна отличительная особенность кафе «Лира». Шла вечерняя программа, в углу на небольшой эстраде играл джазовый квартет: ударник, пианист, саксофонист и длинноволосый парень с контрабасом.

Публика в зале собралась разношерстная. А основном творческая богема и те, кого в 21-м веке назвали бы «золотой молодежью» — то есть корчившие из себя непонятно кого детки богатых родителей.

Осмотрев зал, я не увидел адвоката, назначившего мне встречу.