Книга Телохранитель Генсека. Том 6, страница 88 – Петр Алмазный, Анджей Б., Юрий Шиляев

Однако чувство, что стоит отрубить условному «змею» одну голову, как тут же вырастает другая, не покидало меня.

Как мне тогда сказал психолог? Либо поступайте как в третьем анекдоте, либо уберите причину.

Здесь только один вариант: сделать так, чтобы в партии продвигались в первую очередь по личным убеждениям, согласно внутреннему огню, и только те, кто горит идеей коммунизма. А это значит, что надо сделать так, чтобы материально быть на первых ролях в партии стало не выгодно — экономически.

Задача нереальная. По крайней мере сейчас.

Взять того же Леонида Ильича. При всем моем уважении к Генсеку, его страсть к автомобилям и коллекция дорогих машин никак не вписываются в образ аскета.

И так со всеми. Своя рубашка ближе к телу…

Я гладил щенка, телевизор тихо гудел, мысли шли своим чередом. Я понимаю, что единственный способ не допустить таких людей в ряды правящей партии — добиться, чтобы в ней не было никаких привилегий. Отменить те самые «спецраспределители», заграничные командировки — не те, что для дела, а те, что оформляются «просто прокатиться и закупиться», и полностью перекрыть доступ к дефициту.

Партийный статус должен не облегчить жизнь, а возложить дополнительную ответственность и трудности, не суля при этом никаких материальных благ.

Ранняя Советская власть осознавала эту опасность, вспомним хотя бы закон о партмаксимуме. Тогда на высшем партийном уровне было принято решение о том, что зарплата любого партийного функционера не должна была превышать среднюю зарплату высококвалифицированного рабочего. Инженеры, учителя, врачи и другие специалисты зарабатывали больше, чем те, кто занимал высшие должности в руководстве страны. Но это в двадцать первом году, еще при Ленине было.

А сейчас? Сейчас прагматизм победил, оставив идеализм болтаться где-то в хвосте, ибо человеческая природа взяла верх.

Лично я не считаю, что человек изначально жаден и порчен. Если бы это было так, то, перефразируя апостола Павла, можно сказать: тщетна и проповедь наша, и наша вера.

Один раз в своей жизни я уже поступил, как герои тех трех анекдотов. Убедил себя в том, что «это не я обоссался» и, не в силах решитьпроблему, под девизом задницы из третьего анекдота, прожил жизнь, не сказав ни единого слова против развала Союза и не сделав ни одного движения ради его спасения.

Хватит! К черту аутотренинг.

И хватит бороться с мифическими головами «змея Горыныча», надо бить в сердце. А именно, менять систему.

Потрогал лоб. Температура нормальная, не знобит. Слабость и головокружение тоже прошли. И кошка не понадобилась для лечения, как бабка отшептала. Я чувствовал себя сжатой пружиной, был полон сил и желания двигаться.

Не стоит ворошить прошлое. И смысла прогнозировать будущее тоже не вижу. А сейчас… Что делать сейчас?

Если вспомнить ту жизнь, которую я уже прожил, как Владимир Гуляев, то за ответом далеко ходить не надо. Единственная республика, которой удалось не только сохранить флаг и герб времен СССР, не только сохранить и умножить материальное наследие Советского Союза, но и возродить советские идеалы — это Беларусь. Но это отдельная песня, и написал ее, по большому счету, президент этой страны — практически единолично.

А это значит, и я смогу единолично уберечь Советский Союз от того будущего, которое ему уготовано. Тот же Лукашенко начинал в куда худших условиях, чем у меня сейчас. Надо взять за основу стратегию Батьки, и не делать ее неподвижной схемой, а творчески развивать в ключе текущих реалий.