Онлайн книга «Телохранитель Генсека. Том 5»
|
— Как думаешь, удастся мне теперь с ним поговорить? — Поздно… — развел руками Газиз. — Он получил успокоительное и дозу снотворного. Теперь до утра спать будет. Но перед этим, спасибо Дане… — он кивнул на Злобина, — я успел включить магнитофон и всё записать. — Ладно. Давай тогда пока что послушаем запись. Но лучше не в коридоре, пойдемте-ка у дежурного врача спросим, не найдется ли какой свободный кабинет. Дежурный врач, уже седой, с красными от недосыпа глазами, дремал сидя за столом, положив голову на сложенные руки. Услышав мою просьбу, ответил без колебаний: — Товарищи, если нужна конфиденциальность, можете занять пока мой кабинет. Я как раз пока собирался проверить одного тяжелого пациента в реанимации. — Не Азимова случайно? — беспокоясь о состоянии Марса, спросил я. — Нет, не Азимова., но если так переживаете, то загляну и к нему. — Спасибо вам, доктор. Врач ушел и мы остались вчетвером в его маленьком кабинете. Белые стены, шкаф со стеклянными дверцами, закрытыми на ключ, большой деревянный стол, заваленный историями болезни. На столе настольная лампа с почти плоским жестяным абажуром. Штора на окне чуть колыхалась от сквозняка. Старые деревянные окна покрыты трещинами — эпоха стеклопакетов еще наступит не скоро. Я попросил всех сесть. Даня с Газизом расположились на кушетке, Андрей Соколов опустился на стул. Отодвинув часть бумаг в сторону, я поставил на стол магнитофон и нажал клавишу пуска. Зажужжала лента, и в тишине раздался хриплый голос Краскова. — Я… майор Красков Павел Сергеевич… являясь штатным сотрудником Первого отдела Пятого управления КГБ СССР… хочу заявить… Он говорил медленно, делая паузы, будто каждое слово давалось с усилием. Иногда дыхание сбивалось, проскакивал сдавленный всхлип. — Моя основная работа… состояла в курировании советских научно-исследовательских институтов. В тысяча девятьсот семьдесят пятом… точную дату уже не помню… состоялась моя личная встреча с зам начальника Пятого управления, Маркеловым Иваном Алексеевичем. Он сообщил… что мне придётся участвовать в совместной операции нашего управления и контрразведчиков из Первого. Красков закашлялся, сглотнул. Послышался какой-то стук и звяканье сетки кровати, будто он ворочался или пытался сесть. — Ни в какие подробности меня не посвящали, не тот уровень. Подозревал, что дело касалось иностранных шпионов, затесавшихся в научные круги Польской Народной Республики. Но больше ничего не знал. Мне показалось, что меня потому и пригласили — учитывая мой опыт работы с НИИ. Если бы понадобилось принять участие в какой-либо международной научной конференции, моя фамилия не вызвала бы особых подозрений, так как иногда уже мелькала в отечественных научных журналах и материалах конференций в качестве «соавтора» отдельных работ… Красков закашлялся, потом продолжил: — Ладно, я отвлекся… В общем, оказалось, что мой опыт с НИИ не понадобился. Работа заключалась всего лишь в курьерской доставке особых пакетов. О содержимом я ничего не знал. Более того, первые пару раз… мне показалось, что меня проверяли… Доставка явно была пустышкой. Я довольно поздно понял, что речь шла о собственной ядерной программе поляков… — пауза, тяжёлое дыхание. — Но операция никак не заканчивалась. Это меня беспокоило, конечно, ведь в последнее время мне и самому пришлось добывать определенные сведения… |