Книга Резидент КГБ. Том 1, страница 128 – Петр Алмазный, Лев Светлов

К кому именно едет передавать чертежи новейших и секретнейших радаров супершпион из Кёльна, тоже должен был узнать именно Гордиевский. Конечно, к беглому майору Смирнову. Человеку, которого не все в КГБ считают предателем. Есть большие люди, что верят ему — и вот, задействуют в самых важных и секретных операциях.

Используя нашу отработанную систему связи, я дал знать Васе Кругляеву, что мне требуется срочная встреча.

Мы встретились на следующий день, он подобрал меня на машине в окраинном районе, посреди суеты и толкучки на площади перед местным рынком. Проверялись насчёт «хвоста» мы в этот раз особенно долго и тщательно. Всё было чисто.

Дальше нам пришлось съездить в одно довольно отдалённое место и пробыть там до самого вечера. Вернулись в город мы совсем поздно.

Теперь к операции по разоблачению главной «крысы» в рядах КГБ в северной Европе всё было готово.

На город падал холодный зимний вечер. Огни витрин и свет фонарей отражались в неподвижной воде каналов. За окном машины проплывали ограды мостов, светофоры, автомобили и спешащие по своим делам люди.

Я с удивлением понял, что успел привыкнуть к этим улицам, к их игрушечным старинным дворцам, разноцветным домам, прудам с лебедями, потемневшим от времени статуям и киоскам с сосисками в тесте. К машинам в стиле ретро, к звенящим издалека трамваям и даже к бестолковым велосипедистам. Успел не только привыкнуть, но даже немного и прикипеть душой. Расставаться будет жаль.

Не прощаюсь ли я уже сейчас со всем этим? — мелькнула тревожная мысль. Там, куда я еду, можно запросто получить пулю, а то и не одну. Или оказаться в лапах джентльменов с соседних туманных островов, что будет, возможно, ещё и похуже пули. Не хотелось ни того, ни другого. Жить я тоже привык, за пятьдесят-то лет…

Нет, прочь тёмные мысли! Всё будет нормально. Делай, что должен, и будь что будет. Не знаю, кто сказал, но сказано очень правильно. Будем жить — а может, даже творить историю.

Справа потянулась набережная, местами подпёртая зданиями и зажатая заборами, местами широкая, как центральный проспект. Позади неё хмуро пенилось море. Рыбаки кутались в плащи, ждали, когда их натянутую леску дёрнет с морского дна плоская рыба камбала.

Клюнула ли на заброшенную мной удочку подлая английская рыбина? Схватила ли наживку?..

Интересно, как там сейчас мой товарищ, Василий Кругляев? — подумалось мне дальше. Васе в предстоящей операции отводилась важнейшая роль. И очень непростая. Он должен был пойти к Гордиевскому и убедить того, что он, Вася, и сам из этих. В смысле, тоже предатель. Только работает не на англичан, а на ЦРУ.

В доказательство Вася должен был упомянуть другого, уже известного Гордиевскому американского агента, генерала Олега Калугина. И передать от него указание: во что бы то ни стало помешать передаче украденных в Швеции секретных сведений о системе АВАКС. Сам факт предстоящего визита человека из Кёльна был англичанам уже известен. От Васи Гордиевский узнавал, что Калугин преуспел больше: ему удалось добыть сведения о времени и месте встречи. Передать эту информацию американцам генерал уже не успевал. Поэтому он приказал Васе раскрыться перед Гордиевским и поступить в распоряжение Гордиевского и его английских хозяев.

Получится ли у Васи убедить Гордиевского в своей работе на Калугина и ЦРУ — это был ключевой вопрос всей операции. Я надеялся, что получится. Всё же Вася не любитель, а кадровый и опытный работник Комитета. Правда, противостоял ему тоже не кто попало. А матёрый шпион, которому вот уже несколько лет удавалось под носом этого самого Комитета таскать англичанам всё, до чего только мог дотянуться. И который будет продолжать заниматься этим и дальше — если мы с Васей в его разоблачении не преуспеем.