Книга Резидент КГБ. Том 1, страница 123 – Петр Алмазный, Лев Светлов

Да, обижать женщину, у которой вся семья служила в КГБ, очень вредно для здоровья, подумалось мне. Вот и лежи теперь тут, мычи и страдай, несчастный идиот.

Я хотел его обыскать насчёт оружия, но потом понял, что Ирина наверняка уже это сделала. И ничего не нашла — в чём нам с моим усатым попутчиком сильно повезло.

Обоих гангстеров я решил оставить здесь. Приводить в себя усатого, судя по всему, пришлось бы довольно долго. Так что пусть валяется тут. Оклемается и сможет вовремя скрыться — его удача. Поймают — туда и дорога. Тащить куда-то увечного Пабло я тем более не собирался, этот если сможет ходить дня через три, то будет для него уже хорошо.

Прикрыв за собой двери, мы сбежали по лестнице и ступили на улицу. И тут же глаза нам резанул вспыхнувший отовсюду ярчайший свет.

— Ни с места! — заорал в лицо решительный голос. — Бросайте оружие! Полицейский департамент Копенгагена!

В лицо, ослепляя, светили мощными фонарями. В уши орали о полицейском департаменте и лязгали затворами. Хрипло рычали служебные псы, царапали когтями бетон, рвались с поводков.

Что делать? Я лихорадочно пытался сообразить.

Метнуться на землю, шарахнуть из пистолета по этим фонарям, прицельно и ураганно? И тут же нырнуть в темноту. Пистолет у меня в руке, так что шансы при этом выжить есть, и немалые. Непривычные к подобному копенгагенские мягкотелые копы матёрому спецназовскому майору противники слабенькие. Да их, кажется, несмотря на создаваемый шум, здесь не очень-то и много. Разве что подранят слегка. И собачками куснут.

Можно и без стрельбы и жертв — по крайней мере, среди людей, с собаками уже как получится. Всё, мол, сдаюсь, не стреляйте, вот: кладу оружие на землю. А сам шмыг в сторону, за угол, через стену — и до свидания, гудбай, ауфидерзейн и датский фарвель.

Так что уйти я запросто смогу. Но только один, без Ирины. Если потащу за собой и её, то гарантированно вдвоём и поляжем.

Будет ли правильно оставить Ирину и уйти одному? Это вопрос. И ответ на него зависит от того, что это за полицейские. Если простые служаки-копы, тогда у неё есть шанс быть благополучно переданной в наше посольство. А если копов или их начальство уже успели обработать джентльмены из английской разведки… Тогда Ирину ожидает плохой сценарий. В котором долгая и счастливая жизнь предусматривается для неё едва ли.

Нужно было принимать решение. И я решил, что правильно будет остаться сейчас с ней. Может, появятся шансы спастись вдвоём. А если нет… Если нет — всё равно бросать женщину в беде негоже.

Положив пистолет на землю, я выпрямился и поднял руки.

Но хватать меня и надевать наручники никто не спешил. И пускать мне в грудь подлую пулю тоже, кажется, пока не собирались. Полицейские оказались не те и не эти, а вообще третьи.

Свет перестал бить мне в глаза, лучи фонарей опустились и нарисовали жёлтые круги на бетоне. По сторонам упали резкие тени.

Тогда один из копов подошёл и тронул меня за плечо.

— Уходите, Николай, — услышал я его негромкий знакомый голос.

Это был Поульсен.

Я узнал его в неверном и пляшущем свете фонарей. Поульсен, человек майора Смирнова в городской полиции. Это с ним я встречался вчера после того, как просидел полдня на портовом кране. Как же мне повезло, что здесь оказался именно ты, дружище, подумал я с радостью.