Книга Агент особого назначения, страница 77 – Роман Ким

Сяо показал на остатки крепостного вала на той стороне реки.

— Незадолго до бегства гоминдановцев там произошел бой. Племя за горой напало на дом вождя племени, которое жило здесь. Дом сожгли, всю деревню разорили. Эти два племени враждовали уже несколько сот лет. Но мы помирили их. Теперь живут спокойно, вместе пасут скот и охотятся.

— А куда делись вожди? — спросил Тюрин.

— Учатся в политической школе в Кунмине. Изучают законы развития общества и текущую политику.

Во двор вошли Вэй Чжи-ду и седой человек в роговых очках. Это был профессор Вэй Дун-ан.

Ян внимательно наблюдал за профессором. Тот заговорил с Тюриным и Гжеляком. Жесты у профессора были плавные, он совсем не улыбался, у него было такое же неподвижное лицо, как у Вэя.

Сяо стоял вытянувшись, как солдат в присутствии командующего армией. Вэй тоже принял почтительную позу и все время улыбался. Очевидно, дядя хорошо встретил его, подумал Ян.

— Вот здесь интересные монастыри. Тут проходит дорога, по которой всегда шли паломники. А здесь сходятся границы Индии и Бирмы, — говорил, указывая на карту, профессор.

— В монастырях этого района можно найти много интересных манускриптов, — сказал Тюрин. — Я нашел в тибетском городке Лунгнаке несколько старинных рукописей, написанных на козьих шкурах, одна из них относится к седьмому веку. Трактат по логике. Об этом сочинении до сих пор никто не знал. Мой учитель, Борис Иванович Панкратов, будет в восторге.

— Ламы перепугались, — сказал Гжеляк, — когда увидали, что иностранный ученый, рассмотрев рукопись в увеличительное стекло, вдруг взвизгнул и стал приплясывать.

— Найти такую рукопись, — торжественно произнес профессор, — это все равно, что для зоолога обнаружить невиданное животное.

— Мы еще побываем в поселках народностей тибето-бирманской группы, добавил Гжеляк. — Местные горцы мне чем-то напоминают жителей нашей Татранской Буковины и Белого Дунайца. А на днях я сфотографировал монастырь в горах, очень похожий на старинное зернохранилище в Плоцке…

— Судя по всему, в прежнем существовании товарищ Гжеляк был китайцем или тибетцем, — смеясь сказал Тюрин. — Он все время находит общее между Татрами и Синайскими горами.

Вэй подошел к Яну.

— Я рассказал дяде, как ты заступился за меня и что я всем, — Вэй поклонился, — обязан тебе… Узнал, что мать и сестра здоровы, все обстоит хорошо.

— Сказали ему о нашей поездке в горы?

— Дядя не особенно верит в «покетмена». Он ведь не специалист, ему трудно судить. Между прочим, его экспедиция пойдет по долинам, вдоль одного из притоков Брахмапутры. А мы, наверно, будем довольно близко от них. Кан говорил мне, что Трэси пошел от «Лотоса» к верховьям одного из притоков Иравади…

— Дядя вам рассказал о маршруте своей экспедиции? — спросил Ян. — Это же секрет.

— Да… Но он взял с меня слово, что я буду молчать об этом. Надо проститься с ним.

Он направился к сидящим у колодца. Сяо разговаривал с погонщиками около автобуса.

— Какое впечатление от дяди? — шепотом спросил Ян у Сяо.

— Большой человек, его хорошо знают за границей.

— Очень мало жестикулирует, — Ян прищурил глаз, — значит, скрытный, замкнутый… Хотя выбалтывает своему племяннику маршрут экспедиции. Губы тонкие, значит, недобрый человек. Судя по выражению глаз…

— Короче говоря, он тебе не нравится? — Сяо улыбнулся. — Не внушает симпатии?