Книга Агент особого назначения, страница 17 – Роман Ким

Ян рассказал, как было дело. Шиаду покрутил головой.

— Да, положение серьезное. Они твердо решили расправиться с тобой.

— Кто они? — спросил Вэй. — Бандиты? Или, может быть, гоминдановцы-террористы?

Подумав немного, Шиаду взял карандаш со стола и написал что-то на листочке блокнота. Вэй прочитал, выдрал листочек, аккуратно порвал его на мелкие кусочки и бросил их в корзину.

Ян встал.

— Я пойду туда завтра утром, — сказал он.

— В том переулке и днем никого не бывает, — сказал Вэй. — По-моему, лучше совсем не ходить.

— Нет, надо пойти, — тихо, но твердо сказал Ян и, поклонившись, вышел.

— Его могут прикончить в любую минуту, — сказал Шиаду. — И в следующий раз его угостят не камнем, а более современным способом. И спасти его от неминуемой смерти можно только одним способом — уговорить хотя бы на время отойти от расследования. Ведь вы можете обойтись без него?

Вэй пожал плечами.

— Пожалуй, смогу. Правда, он очень интересуется делом и выполняет всю техническую работу…

— Мальчика на побегушках всегда можно найти. А оставлять Яна на этой работе, значит, обрекать его на смерть. Надо уговорить его.

Вэй поморщился, тихо вздохнул.

— Он сказал мне как-то, что его дед и отец были лодочниками и что он сам родился на воде и является потомственным «танмином» — водяным человеком. А они славятся своим упрямством. Может быть… — он посмотрел на Шиаду, — и мне бросить это дело?

— Письмо прислали именно Яну, а не вам. Очевидно, потому, что им не нравится излишняя активность вашего ассистента.

— Отсюда вывод, — Вэй усмехнулся, — не слишком стараться. Выполнять только приказания начальства.

Шиаду кивнул головой:

— Вы понятливый человек.

Поздно ночью, когда Вэй уже собирался лечь, раздался звонок. Это звонил Ян — доложил, что сходил в общежитие и узнал, что в пятой комнате жил китаец-студент. Он получил телеграмму о смерти матери и уехал на пароходе на Тайвань.

— Ты же хотел пойти завтра утром? — спросил Вэй.

— Я решил не откладывать до завтра.

— Фентон сказал мне, что по всей вероятности ему скоро удастся поймать похитителей трупа. Как только их поймают, выяснится и тайна убийства и тайна похищения. Поэтому то расследование, которое ведем мы, не имеет серьезного значения. И ради него нет смысла жертвовать жизнью.

После недолгого молчания Ян ответил:

— Это еще неизвестно, был ли камень брошен именно в меня. Может быть, случайно… Надо точно установить факт…

— Когда тебя продырявят, это будет факт, — мягко сказал Вэй, — но уже будет поздно. Ты просто из упрямства…

— Я приду к вам завтра утром, — вежливо сказал Ян. — Спокойной ночи.

Он явился рано утром, когда Вэй еще лежал в постели.

— Я здесь изложил итоги, — он сел на стул у кровати и вытащил из-за пазухи тетрадку. — Итак, мы выяснили…

— Ничего мы не выяснили, — перебил его Вэй и пошел к умывальнику. — Не надо преувеличивать.

Ян стал загибать пальцы.

— Во-первых, в ту ночь дверь в номер старика была открыта; во-вторых, Азиз признался, что он заснул на дежурстве; и, в-третьих, к секретарю Ляну кто-то приходил. Надо исходить из этих трех фактов. Надо выяснить, во-первых, роль Азиза и, во-вторых, роль Ляна. Если Азиз действительно заснул, то, может быть, его усыпили. Кто усыпил? Может быть, у Ляна были сообщники среди телохранителей? А если Азиз не спал, то он, наверно, был в сговоре с Ляном…