Книга По прочтении сжечь, страница 83 – Роман Ким

– Почему я пошла ночью с молодым человеком.

Шривер поднял руку:

– Не торопитесь, леди и джентльмены, не все тайны разгаданы. При прощании со мной Донахью сказал, что надо непременно, ценой любых усилий, раскрыть две тайны. Первая: что же написано в шифрованной записке, найденной у Идэ? Наверное, три буквы «кью» в конце шифровки имеют чрезвычайно важный смысл. И вторая тайна: почему четвертого и пятого декабря был подан тот сигнал в виде сводки погоды, а на деле – ударили в другую сторону? Вот две тайны, которые надо непременно разгадать. И он не успокоится, пока…

– Эти две тайны можно будет разгадать только после войны, – сказал Пейдж. – И только после нашей победы.

– Пёрл-Харбор… – тихо произнес Уайт. – Это название станет теперь нарицательным, так же как Ватерлоо, Седан и Цусима. Для меня Пёрл-Харбор отныне будет ассоциироваться с преступной беспечностью.

– А для меня с чудовищным просчетом, – сказал Пейдж.

– Пёрл-Харбор еще раз напомнил всем, – Шривер поднял палец, – что хорошая разведка – половина победы. Японцы действовали наверняка, потому что знали о состоянии гавани ничуть не меньше адмирала Киммела.

После недолгого молчания Пейдж деловито сказал Уайту:

– Ты должен немедленно подать рапорт и добиться разрешения жениться на Марико, иначе ее интернируют. – Он поправил очки и провел рукой по лысине. Если ты боишься… я согласен.

– Можешь не приносить себя в жертву, – засмеялся Уайт. – Скоро получишь приглашение на свадьбу. Какой коктейль тебе приготовить?

Пейдж ответил тоном знатока:

– «Соленую собаку».

1

Уайт был тяжело ранен в самом конце войны – на Окинаве. Его отправили на Гуам, оттуда – на Гавайи. Выходила его Марико – дала ему два литра своей крови.

– В моих жилах теперь течет кровь англосаксонская, японская, корейская и, наверное, еще какая-нибудь, – говорил Уайт. – Получился настоящий коктейль.

Он вышел в отставку в чине капитан-лейтенанта и спустя год после окончания войны приехал в Японию. Марико настояла на том, чтобы поселиться недалеко от Токио в маленьком одноэтажном домике европейского типа, рядом со старинным буддийским храмом.

Однажды раздался телефонный звонок. Уайт снял трубку. Сперва он не узнал, кто с ним говорит по телефону. Оказалось, что это контр-адмирал Донахью, только что прибывший в Японию с комиссией по обобщению опыта стратегических бомбардировок. Он должен опросить нескольких японских генералов и адмиралов, имевших отношение к противовоздушной обороне. Донахью случайно узнал, что Уайт в Японии, и решил навестить друга.

Донахью приехал через два часа.

– Ай как жалко, – сокрушался Уайт. – Марико на весь день уехала в Токио по моему поручению – делать выписки из старых газет в библиотеке.

Донахью мало изменился – остался таким же изящным, юношески стройным. Правда, в волосах появилась седина, но она очень шла ему. Он обнял Уайта за плечи:

– Я сейчас проезжал около речки, мимо маленькой гостиницы на холме, и вспомнил… Это, кажется, та самая гостиница, где к нам в ванную ввалились дамы. Помнишь?

Уайт кивнул:

– Та самая. Теперь там веселое заведение для наших солдат.

Донахью похлопал Уайта по спине:

– А ты, старина, в этих очках прямо великолепен, похож на маститого ученого. Очень рад за тебя. Мне говорили, что ты будешь преподавать в гонолулском университете. Стал историком?