Онлайн книга «По прочтении сжечь»
|
– Против меня? – Может быть, она хочет втянуть тебя в эту историю? – Какая чепуха! Я за нее ручаюсь. – Никогда нельзя ручаться за женщин, а тем более за азиаток. Я боюсь, что она – японская Мата Хари. Уайт рассердился: – Я жалею, что показал тебе письмо. Обратился к тебе, как к другу, а ты… – Ну ладно, не кипятись. – Донахью погладил Уайта по спине. – Будем считать, что она чиста, как белая лилия, и не имеет пока отношения к японской разведке. Я сейчас позвоню Уолшу и попрошу взять ее под защиту. Как ее зовут? Я плохо запоминаю их дурацкие имена. – Хаями Марико. Донахью пошевелил губами и кивнул головой: – Постараюсь запомнить. Вечером того же дня через Т-бюро прошла телеграмма из Токио, адресованная генеральному консулу в Гонконге. «№ 111 «Ввиду крайнего обострения японо-американских отношений просим присылать без определенной периодичности донесения о военных кораблях, стоящих на рейде Пёрл-Харбора, но не реже двух раз в неделю. Как вы уже, наверное, поняли, необходимо обращать особое внимание на сохранение секретности нашей переписки». Телеграмму перевел Пейдж. Проверив ее и поставив в углу свои инициалы, Уайт сказал Пейджу: – Донахью нет, его куда-то вызвали вместе с Макколла. Иди с этой «магией» прямо к Уилкинсону. Пусть включит ее в экстренную сводку. Пейдж сел за свой стол и стал перекладывать словари и справочники. Потом снял очки и смущенно буркнул: – Иди сам, Ник. Не люблю ходить к нашему боссу. Чувствую себя кроликом перед гремучей змеей. Уайт укоризненно покачал головой: – Мне рассказывали, как ты провел одно дело в Кантоне под видом контрабандиста. Японцы тогда могли преспокойно пристрелить тебя, но ты не струсил. А тут боишься? Пейдж молча пожал плечами. В это время явился Гейша. Он принес самую свежую «магию» из дешифровального сектора. Макколла приказал перевести ее вне очереди. – А почему Макколла считает, что она такая экстренная? – сердито спросил Пейдж. – Он же не знает японский. – Я перевел ему несколько последних слов, – признался Гейша. – В конце сказано: «сверхэкстренное извещение». – Наверное, опять напутал, – процедил сквозь зубы Пейдж. Гейша провел пальцем по животу – сперва горизонтально, потом по вертикали. – Клянусь самурайской честью: не напутал. Уайт перевел телеграмму сам. Он провозился с ней долго, потому что в тексте были искажения – надо было переводить очень осторожно. Закончив перевод, Уайт приоткрыл окно и с наслаждением вдохнул прохладный воздух. Шел дождь, уже начинало темнеть. Пока Пейдж перепечатывал начисто перевод телеграммы, Уайт стоял у окна и смотрел на белую стену морского госпиталя на той стороне улицы. Из-за стены торчали голые деревья. – Безобразие, – прошипел Пейдж. – Телеграмма от восемнадцатого ноября, а ребята Сэффорда расшифровали ее только сегодня. – У армейцев еще хуже, – сказал Гейша. – Полковник Сатлер совсем растерялся. У них столько накопилось… Возятся еще с октябрьскими. – Потому что расшифровывают все подряд, – заметил Пейдж. – Надо же делать отбор – пропускать в первую очередь наиболее важные, а сводки о китайских фронтах, присылаемые из Токио, и отчеты о банкетных расходах можно откладывать пока в сторону. Гейша развел руками: – Тогда я должен сидеть там с утра до вечера и заниматься сортировкой «магии». Он взял у Пейджа перепечатанный текст, пробежал его глазами и зачмокал губами: |