Книга Запретная страсть мажора, страница 81 – Саша Кей

– Я так и понял, – хмыкает Рамзаев и раздражает меня еще больше.

– Раз понял, то какого хрена звонишь?

– Хотел уточнить, это ты попросил Димана отвезти Подарочек, или это его личная инициатива?

– Что? – ору я в трубку. Не глядя паркуюсь, причем походу под знаком. – Диман? Ты ничего не путаешь? Не стриженый гандон, а Диман?

Меня начинает потряхивать.Убавляю орущую музыку. Я не ослышался? Диман?

Брат – это тебе не ушлепок, вылезший из френд-зоны. Это, блядь, совсем другое.

– Не путаю. Я приехал и увидел Подарочек в его компании возле Федоровского. Они потрындели, потом пошушукались на ухо, и Диман повел ее на улицу. Глянул, куда это они намылились, а он ее в тачку свою посадил. Уже отъехали.

Шум в ушах не дает сосредоточиться. Тупо пялюсь в лобовуху, и огни фонарей перед глазами расползаются в бесформенные желтые пятна.

Одно дело что-то там предполагать, а другое – знать, что Истомина поехала с Диманом. Брат никогда не был дураком завалить симпатичную телочку.

Меня корежит, ломает от приступа злости и еще какого-то непонятного чувства. Звонка я ее жду. Покаяния. Извинений и мольбы.

А Истоминой похер! Она сейчас свои коленки выставляет на переднем сидении Димановской тачки.

Даже от мысли о том, что его салон пропахнет цветочками, меня выворачивает на изнанку.

– Давно уехали? – холодею я.

Рамзес пытался до меня дозвониться уже давно.

– С полчаса где-то. Не похоже, что собираются возвращаться. Подарочек плащик свой в руке тащила.

Пиздец. Закуриваю прямо в машине.

Полчаса.

Я бы за это время уже утащил Истомину на заднее сидение и задрал ей юбчонку.

Или уже довез бы до дома и там…

Сбрасываю Ника.

Вспоминаю, как сивая прижималась к моему члену пухлыми губами. На секунду в голову влезает отравленная мысль, что теперь не мой член там побывает, и меня разрывает на части.

Нахуй. Истомина моя. Я думал, что моя девушка, но облажался. Не стоило вообще заводить отношения, всегда знал, что это дерьмо не для меня.

Но это не отменяет, что она моя собственность.

Выстреливаю бычок в окно, завожу мотор и разворачиваю тачку.

Блядь. Если сивой сейчас нет в общаге, ей конец.

Если Истоминой там нет, то конец мне, я это чувствую. И я не собираюсь подыхать один. Лучше бы ей быть у себя.

От мысли, что она может там быть не одна, нога давит на газ сильнее.

Выпрыгивая из тачки у общаги, ищу глазами окно сивой. Сука, не уверен, которое то самое, но то что почти все они темные, и светится только одно, не внушает оптимизма.

Шум, который я устраиваю в общаге, долбясь к Истоминой, привлекает до хера внимания. Не открывается только одна дверь. Та, которая мне нужна.

Зато опять соседка вылезла с одним накрашенным глазом. Походу, это в ее окне горел свет. Смутно ее помню, она вроде вокруг Рамзеса вертелась.

– Нет ее, – хмыкает она в лучших традициях подъездных бабулек, а сама пялится. Явно потом будет обсасывать все в деталях. Плевать.

Где Истомину носит? Девять часов ночи на дворе!

Возвращаюсь в тачку, набираю сивую.

Не отвечает.

Гудки идут, а трубку нее берет.

На пятой или шестой попытке включается голосовое сообщение, что абонент не абонент.

Стерва выключила телефон!

Она с Диманом. Пиздец.

Может, он уже…

Блядь, даже если он просто ее целует, мне все равно хреново.

Звоню брату. Внутри все жжет, язык будто распух, и когда Диман отвечает, я с трудом выталкиваю слова из горла.