Книга Непристойная сделка, страница 24 – Саша Кей

Ну что, Лена?

Имею я право помечтать? Я, может, в душе Ассоль! Только жду не алых парусов, а Зорро на балконе!

— Ну, давай хотя бы на вечер перенесём, — несчастно прошу я. — У меня, вообще-то, рабочий день, начальница меня сожрёт.

— Ты же девушка босса. Не сожрёт. А вечером я не могу. Чтобы освободить пятницудля вылазки к твоим родителям, я перенёс деловую встречу на сегодня.

— Как это не можешь? — волнуюсь я. — Это что же? Ты на глазах у моей сестры не повезёшь меня домой?

Зарецкий закатывает глаза.

— Лена, начинай говорить. Это в твоих интересах, — рубит он. — Или ты узнаешь, какой я аморальный в действительности.

С этими словами Зарецкий протягивает руку и расстёгивает верхнюю пуговку моей рубашки.

— Стоп! Я всё расскажу!

Ну что он мне сделает? Убьёт? Ничего страшного. Главное, пусть убивает после пятницы.

По мере моего рассказа глаза Андрея сначала округляются, потом сужаются.

Когда я заканчиваю, Андрей какое-то время молчит, сверля меня взглядом.

— Ты сам этого хотел! — защищаюсь я.

— Это всё?

Ну почти. Но окончательно во всём сознаваться я не собираюсь. Вдруг пронесёт.

Поэтому я бодро вру:

— Ага, — и пальцы за спиной скрещиваю.

Зарецкий отпирает замок, и на меня накатывает облегчение.

Преждевременное.

— Ты мне за это ответишь, — ровно отвечает он, и ни один мускул на щеке не дёргается.

Я вылетаю из кабинета и, прислонившись спиной к закрывшейся за мной двери, перевожу дух. Взрыв хохота, донёсшийся изнутри, никак не может принадлежать Зарецкому. У него же нет чувства юмора, и всё такое. Он суровый босс. И тем не менее кто-то в его кабинете ржёт, хотя кроме нас там никого не было.

Нервы у меня ни к чёрту после моей исповеди, и под злобным взглядом гарпии я смываюсь, чтобы плюхнуться на своё рабочее место под не менее злобным взглядом начальницы.

— Лена, тебя наверняка задержали очень важные дела, раз ты пропустила оперативку, — не удерживается она от подкола.

Что бы я сейчас ни ответила, это будет звучать стрёмно, поэтому я просто отгораживаюсь ото всех монитором, благо у меня дальний стол в кабинете, соседствующий с общим принтером.

Весь день Зарецкий обо мне больше не вспоминает. Может, и к лучшему, потому что отдел продаж становится местом паломничества всех сотрудниц офиса. Они приходят типа по делу или просто поболтать с кем-то, но все косятся на меня. У всех на лицах недоумение.

В обед, скрывшись ото всех в туалете, я опять подслушиваю, как обсуждают наши отношения с боссом.

— Он, конечно, не афиширует своих девушек, это мы поняли, проверив его соцсети. Но ведь ходил слух, что он встречалсяс Линдой Ренсбергой, ну, до её замужества. Ничего не понимаю. Где Линда и где наша Лена…

Злобно пыхтя, ищу в соцсетях Линду Ренсберга, чтобы посмотреть на эту богиню. Не нахожу. А вот интернет-браузер говорит мне, что она теперь Линда Крамер и даже сразу фотку выдаёт.

Я кисну. Ничего общего со мной.

Холодная нордическая красота и сумасшедшего фиалкового цвета глаза.

Да ну. Сто пудов, фильтры или фотошоп.

Так, стоп.

Мне всё равно, с кем встречался Зарецкий.

Хотя эта девица ему под стать. Наверняка такая же зануда.

Соль на раны моего самолюбия, нанесённые «милыми» коллегами, посыпает драгоценная сестра.

Под конец обеденного перерыва она возникает у моего стола и громким шёпотом, слышным даже в коридоре, начинает меня поучать: