Книга Его сладкая (по)беда, страница 25 – Саша Кей

Видя, что я сомневаюсь, он отбирает у меня брелок.

К моменту, когда приезжает такси, я вся киплю. И себе не могу объяснить, чего я завелась. А я завелась. Да так, что не влезай — убьёт. В машину я сажусь надутая и не прощаюсь, ещё и дверцей хлопаю смачно.

Я невидящим взглядом провожаю в окне тёмные силуэты деревьев.

Придурок.

Мог бы и уговорить. С другой стороны — я бы не осталась. Моё слово — закон. Нет, значит, нет. И вообще. Ой всё!

Телефон звонит, уже на середине пути к дому. Я выхватываю мобильник, но это не скотский Генералов, а Медведева.

— Алло, чего как? Как обстановочка? Мы тут извелись…

Извелись они. Я по голосу её могу определить, сколько они выпили.

— Домой еду.

— Уже? —разочарованно тянет она. — И что? Ничего не было?

Я решаю похвастаться:

— Он приставал, но я устояла.

Я думала, меня похвалят, но хрен там.

— Ну и дура, — выносится мне вердикт хором. Чёртова громкая связь!

— Я знаю! — психую я.

— Мы тебя осуждаем, — продолжает капать мне на нервы Алка.

Сбрасываю бесячьих девок. Я и так сама недовольна, будут они мне ещё высказывать.

Краем глаза в окне выхватываю огни заправки.

Стоп!

Мы же должны были уже её проехать! И направление не то! Заправка должна быть по другую сторону!

— Извините, — обращаюсь я к водителю, — А мы куда едем? Мне в город…

— Маршрут перестроен, — равнодушно сообщает он.

— Но мне надо в город! — повторяю я.

— Я могу вас высадить здесь или довезти до конечного пункта, — так же пофигистически «радует» меня водила.

— А конечный пункт какой?

— Дубовый умёт.

Вот мерзавец!

Через десять минут мы опять подкатываем к знакомым воротам, возле которых сложа руки на груди стоит Генералов.

Сверлю его взглядом через окно и не выхожу. Вот ещё!

Артём не выдерживает и открывает дверь сам.

— Это что за фокусы? — спрашиваю я.

Он протягивает мне раскрытую ладонь.

— Проветрилась? Поставила себе галочку за стойкость? Молодец! А теперь выходи!

И не надо иметь вангующую задницу Медведевой, чтобы понимать, что если я выйду, то всё будет.

— Какую галочку? Ты совсем, что ли, уже?

— У тебя на лице было написано, что ты решила меня продинамить. И план должен быть выполнен во что бы то ни стало. Непонятно, кому бы от этого было хорошо, но, надеюсь, ты погордилась собой, пока каталась.

Господи-божечьки, ну почему-почему мне так хочется его стукнуть?

Как можно быть таким бесчувственным чурбаном?

Прямо вот топчет девичьи чувства. Неужели нельзя было как-то по-другому сформулировать, чтобы не тыкать меня носом в мою дурость?

— По плану ты должен был мучиться! — закипаю я.

— Я страдал в разлуке, — не моргнув глазом, отвечает Генералов.

Офигеть! Полчаса! И точно зная, что скоро меня привезут назад!

— Недостаточно!

— Дамочка, — влезает в наш разговор таксист, — я бы на вашем месте не раздумывал долго. Сейчас ему надоест, и вы лишитесь возможности жрать его мозг.

— Вас не спросили! — огрызаюсь я, а сама кошусь на Артёма: вдруг ему уже надоело?

— Давай, Беда, не вынуждай меня идти на крайние меры, — Генералов цапает меня за руку и тащит наружу.

— Что ещё за крайние меры? — я отбиваюсь от захватчика, но не слишком активно, чтобы он не передумал меня вытаскивать.

Я как бы уже понимаю, что сдамся, но победа Артёма не должна быть лёгкой!

И это не он всё так подстроил, а вроде как я снизошла, проявив благосклонность.