Онлайн книга «Порочные сверхурочные»
|
Вот дурища-то! Вкусив плодов позора, я вытягиваю шею из-за своей перегородки. В колбе главбуха генеральный сидит ко мне в пол-оборота и ковыряется в телефоне, пока Светлана Аатольевна что-то ему рассказывает. Я включаю монитор, который бодро показывает мне то, что я до этого читала. «Ощутив в себе твердый орган, я беспомощно покоряюсь уверенным толчкам» … Черт! Сворачиваю окошко с текстом и попадаю на переписку с Соколовым, а там уже ждет еще одно письмо. «Бухгалтерия — это не твое, Маша. Тебе стоит подумать о карьере в другой области». Опять высовываю нос из-за укрытия. Босс, продолжая слушать Светлану Анатольевну и кивая головой, смотрит прямо на меня. Прячусь за монитором с колотящимся сердцем. Такое ощущение, что начинается игра. Ерзаю на своем скрипучем стуле. Чего он прицепился? Разочаровался в уединенных поездках в лифте? А у самой от этого взгляда внутри сладко подрагивает. Этот-то, наверное, умеет бескомпромиссно… Богатое писательское воображение резво накладывает образ Соколова на сцену из подвала… Кошмар, о чем я думаю! Кто бы мог подумать, что работа бухгалтера полна стресса… Дмитрий Константинович рано или поздно пойдет обратно. И что-то мне подсказывает, что опять мимо меня. Нельзя в очередной раз доставить ему удовольствие моим смущением! Нужен повод слинять. Слышу, как Ира говорит в трубку: — Из какого филиала? Ну ладно. Сейчас спущусь. — Ты куда? — ухватываюсь я за возможность. — Привезли документы из «Западного». Надо принять, так что мне не по пути в приемную… — Давай я схожу! — радостно предлагаю я. Нежелание Ирки тащиться вниз мне хорошо понятно. Вся эта катавасия отнимет изрядное количество времени. Но мне это на руку. Пока лифт дождусь вниз, пока обратно. Шеф точно столько времени торчать тут не будет. — Тебе полегчало? — Исцелилась внезапно. Там расписываться надо? — я уже на низком старте. — Нет, это наши внутренние, — вдогонку мне кричит Ира, сраженная моим непривычным энтузиазмом. Правда, он немного вянет, когда по дороге вниз лифт оказывается набит толпой сотрудников с верхних этажей, стремящихся на обед покинуть родные казематы. Зато назад, когда руки у меня заняты документами, я еду одна. Бокс в черной упаковочной пленке не столько тяжелый, сколько крупный. Очень неудобно нажимать кнопки. Поэтому, мечтая скорее положить куда-нибудь эту бандуру, я выскакиваю из кабины весьма бодро и по сторонам не гляжу. А зря. — Корниенко! — знакомый баритон пугает меня так, что я, взвизгнув, оборачиваюсь. Оказывается, Дмитрий Константинович только отвязался от Светланы Анатольевны и ждет свой супер-пупер-лифт. От резкого движения, меня чуть-чуть ведет в сторону, но Соколов умудряется ухватить меня за шкирку, как нашкодившего котенка, и выровнять мою нестойкую натуру относительно горизонта. Только вместо того, чтобы отпустить, он тянет меня к распахнувшимся дверям директорского лифта. — Пойдем, Маша… — Я не пойду… — Поздно, ты уже пришла, — хмыкает довольный Соколов, потому что и впрямь уже затащил меня в кабину. Драпнуть я не успеваю, потеряв драгоценные секунды, еще и Дмитрий Константинович применяет запрещенный прием. Стоит дверям закрыться, и он целует меня. Сразу так с претензией на безудержный секс. Сначала я теряюсь, а потом сделать ничего не могу. Руки-то заняты. В этот раз наш ушлый гендир поклажу мою не забирает, ее только если на ногу уронить, но с моим-то счастьем, я скорее себя же и отоварю. |