Онлайн книга «Ставка на невинность»
|
Я почти выпаливаю: «Никогда!», но даже пьяная соображаю, что не стоит этого делать, и вовремя себя останавливаю. — Ну я не знаю, я у мамы спрошу… — юлю я. — Обязательно мне скажи, или нет. Я лучше сама позвоню! — Да не стоит беспокоиться, все равно в ближайшее время не получится… — Яна! — строгий голос Розы Моисеевны заставляет меня струхнуть. — Ты же не пытаешь уклониться от серьезных отношений? Девки, слышащие наш разговор благодаря громкой связи, набивают рот сыром, чтобы не заржать, потому что последние полгода я именно этим и занимаюсь. Я злостная уклонистка. После расставания с Лосевым я откровенно не готова ввязываться во что-то с намеком на серьезность. Меня бы устроили абсолютно несерьезные отношения с Герой. Наверное. — Роза Моисеевна, мне кажется вы торопите события… — Как это тороплю? — изумляется она. — Ты надругалась над моим сыном и должна взять на себя за это ответственность! Медведева тихо сползает под стол. — Что? — офигиваю я. — С чего вы взяли? — С того, что Раечка видела, как вы приезжали к Герочке в субботу, а уехала ты на следующий день! Какой кошмар! — А, что, Раечка — соседка Германа? — зажимая переносицу, спрашиваю я. — Нет, что ты! Она живет на другой улице! — Так, может, она обозналась? — Яна, мне точно нужно поговорить с твоими родителями! Ты ведешь себя легкомысленно! Что значит обозналась? В нашем возрасте мы уже давно полагаемся на бинокль! Анька присоединяется к скулящей под столом Алке. Наверняка, это сочувственные стоны доносятся до меня оттуда. — Тогда уважаемой Раисе стоит достать свой бинокль опять! — не выдерживаю я упреков. Подумать только! Надругалась над бедным Бергманом! Несколько раз! Или этого Раечка в бинокль уже не видела? Интересно, она под воротами караулила со своей оптикой? Или у нее там подзорная труба? — Что ты имеешь в виду, Яна? — настораживается Роза Моисеевна. — Кстати, я думала, что вы сегодня встречаетесь? «И откуда ты это узнала?» — снимает вопрос у меня с языка за кадром Давид. — Дави, я же не глухая! «У тебя очень чуткий, но очень избирательный слух, мама. Я тебя зову за стол уже десять минут!» — Отстань, — отмахивается Роза Моисеевна. — Так о чем мы говорили, Яночка? Что за инсинуации? — Ни о чем, а встреча наша просто перенеслась, — даю я задний ход. — Э… у него встреча с Марго… — Постой-постой… Бинокль, Раечка, Марго, встреча… — бормочет Роза Моисеевна, сопоставляя факты. Все-таки она неплохо знает своего «поруганного» сына. — Мне плохо. Да не суй ты мне капли, Дави! Настойка моя где? — Роза Моисеевна, да вы не волнуйтесь… — я понимаю, что разговор принимает самый неблагоприятный поворот. — Нет, Яночка… Это ты не волнуйся! — выдыхает в трубку она. — Марго я беру на себя. Вот змея! А ты ни о чем Гере не говори, поступим умнее. У него слишком тонкая душевная организация, сам он не справится… Да уж. Тонкая душевная организация Бергмана поражает. Я малодушно радуюсь, что Роза Моисеевна явно испортит малину любовничкам, и что мое участие в этом останется за кадром. Раз я без Германа, то и этой Марго пусть все обломится. Бесит она меня, хоть я ее ни разу и не видела, но того, что она молодая и красивая уже достаточно, чтобы ее возненавидеть. Еще и натуральная блондинка. Сама я Бергману ничего не скажу, но как вызнать, что выкинет Роза Моисеевна? А она выкинет. Я в бабуське уверена. |