Книга Его строптивая малышка, страница 24 – Саша Кей

— Вина? — предлагает Данил, доставая два фужера.

— Ты хочешь меня споить? — во мне боятся подозрительность, осторожность и любовь к красному полусухому.

— А мне это что-то даст? — заинтересованно уточняет Староверов.

Качаю головой.

— Вот и я так подумал, — кивает он и откупоривает бутылку.

— Вообще-то, — я машу смартфоном, — мы не закончили.

Данил протягивает мне наполненный бокал.

— Я заметил, что мы не кончили, — усмехается он. — Но мы и начали неудачно. Если женщина кричит еще до самого интересного, что-то тут не так.

— Ха-ха. Очень смешная шутка, — закатываю глаза.

Данил усаживается за стол рядом со мной. Что ж, это очень волнительно: его плечо касается моего, а когда он склоняетсянад моим смартфоном, я вижу, какие у него длинные и пушистые ресницы.

— Показывай, что там прислал маркетинг.

— Смотри, — вздыхаю я от вселенской несправедливости: мне такие ресницы пригодились бы больше. — Тут все почти один в один. В глаза бросается только небольшое изменение цветовой гаммы.

— А если присмотреться? — Данил словно экзаменует меня.

— А если присмотреться, то разницу можно заметить в условиях программы лояльности для ВИП-клиентов. Ну и мне не нравится, что в брендбуке появляется вот этот элемент, — тыкаю пальцем в экран. — Я бы проверила, мне кажется, это из логотипа конкурентов.

Староверов пробегает глазами по строчкам, разглядывает картинки в брендбуке и задумчиво откидывается на спинку стула. Побарабанив пальцами по столу, он поднимает на меня глаза:

— Напиши отделу маркетинга, пусть печатают.

Я недоверчиво смотрю на Староверова: очевидно же, что новые условия нам не на руку.

— А на встречу я возьму старые материалы, — завершает он свою мысль.

Хм. Пока не совсем понимаю, кого и как он хочет вывести на чистую воду, но понаблюдать за этим не откажусь.

У Староверова, однозначно, есть чему поучиться. И не только в постели.

Встреча послезавтра, не забыть бы проконтролировать, чтобы Данил нужные материалы.

А еще послезавтра день памяти отца. Но я совершенно не хочу ехать на кладбище в компании отчима. Ну разве только был бы шанс оставить его там. Я вообще стараюсь держаться от отчима подальше.

— О чем задумалась?

Данил смотрит на меня очень внимательно.

Погруженная в свои мыли, я не замечаю, что вино в бокале допито, экран смартфона потух, и мы молчим уже какое-то время.

— Данил, могу я завтра отлучиться на пару часов?

— На второй рабочий день ты уже отпрашиваешься?

— Мне нужно съездить в одно место. Я могу эту необходимость проигнорировать, но мне бы не хотелось.

Да, так будет лучше всего. Я съезжу завтра, а мать и отчим — послезавтра.

— Я подумаю.

Он произносит это таким тоном, словно князь размышляющий о помиловании неугодных.

— Что ж. Спасибо. Иногда ты не ведешь себя как напыщенный индюк. Приятно знать, что у нас еще есть шанс сработаться, — я показываю ему язык.

Староверов смотрит на меня благосклонно:

— У нас есть все шансы сработаться, если ты перестанешь хоть иногда вестисебя как злобная сиамская кошка.

Хмыкаю. Ишь чего захотел!

— А ты у нас комнатный дрессировщик? — я поднимаюсь из-за стола и, выходя из кухни, бросаю через плечо: — Тебе, я думаю, больше по нраву ручные персидские киски.

Интересно, мне послышался или нет его негромкий ответ: «Отнюдь»?

Остаток вечера проходит спокойно.