Книга Девочка Лютого, страница 44 – Саша Кей

— И как ты себе это представляешь? — задаю очень волнующий меня вопрос.

— В красках, — хмыкает Лютаев.

Я вспыхиваю от воспоминаний о вчерашней ночи.

Я ведь не остановила быего вчера, если бы он захотел продолжить. Почему ему не приходит в голову за мной просто поухаживать, я же не жду сразу кольцо и свадьбу! У нас могло бы все получиться…

Видимо, я его не вдохновляю на романтические отношения и в качестве девушки не интересую. Вспоминаются слова Олега про отношение Макса к содержанкам. Если бы он знал, что это не про меня, он бы вел себя по другому?

Однако, Раевского содержанки не смущают, откуда такая щепетильность у Лютаева?

Он считает меня продажной девицей, в мои слезы он не верит…

— Я верю, что ты меня не обманешь, — сглатывая начинаю я осторожно. — Но где гарантия, что ты мне действительно сможешь помочь? Вдруг я соглашусь на твои условия, а потом останусь ни с чем?

— Твои предложения? — лицо Макса приобретает хищническое выражение, как у зверя почувствовавшего, что добыча дала слабину.

Надо же. Значит, и он заинтересован в этой сделке.

— Я выполню условия после того, как ты разберешься с этим вопросом… — надеюсь, что к тому времени мне удастся до тебя достучаться.

— Не пойдет, — отпирается Макс. — Я, конечно, не дам тебе уйти от ответственности, но при таком раскладе я не чувствую в себе энтузиазма браться за это дело.

— И что ты хочешь? — кажется, кто-то успешно загоняет меня в угол.

— Допустим, аванс.

Я обалдеваю от самой формулировки.

Аванс? Это как? Полежать рядом сейчас, а все остальное потом?

— Э… И в каком размере ты хочешь получить аванс? И когда?

— Ну, до начала оказания услуг, — Лютаев делает вид, что задумывается. — Допустим, поцелуй. Меня устроит сегодня.

— Мы уже сегодня целовались, — робко напоминаю я.

Хотя то, что произошло в его машине, больше напоминает порку, чем прелюдию.

— Это не считается.

У меня вытягивается лицо. А не выйдет ли так, что после аванса Макс скажет, что и он не считается? Видимо, у меня выразительное лицо, потому что Лютаев говорит:

— Начиная с этой минуту обещаю играть честно и соблюдать договор.

Что-то в этой фразе кажется мне неправильным, но я не могу вычленить, что именно.

— По рукам, Карина? — торопит он меня.

— Только поцелуй? — уточню я.

— Только безобидный поцелуй, — подтверждает Макс с подозрительной ухмылкой.

— По рукам, — решаюсь я.

Поцелуй я переживу, мы с Максом уже три раза целовались, и ничего, всеобошлось. А что там будет, когда проблема разрешится, еще неизвестно.

— Ну тогда целуй.

— Я? — сказать, что я в шоке, это не сказать ничего.

Он скептически приподнимает бровь, мол, что не так? Ты же должна внести аванс. Черт.

Макс стоит совсем близко, но не делает ни малейшей попытки мне помочь.

Поднимаюсь, хотя хочется вжаться в кресло посильнее.

Так, убеждаю себя, в этом нет ничего страшного. Я уже делала это с ним. И первые два раза мне даже понравилось. Главное, не показывать ему, что его поцелуи мне приятны.

Плюс этой шокирующей ситуации в том, что сейчас я даже про следователя с его Сапегиным забываю напрочь, и меня больше не колотит. Или это чай такой удачный.

Я все еще не решаюсь поцеловать Максима, это как-то… Ведь это парни должны целовать девушек, а не наоборот, не правда ли? Вытираю о леггинсы вспотевшие ладошки. Макс, не меняя позы, продолжает напряженно ждать.