Онлайн книга «Кармен. Комсомол-сюита»
|
Я прислонилась к колонне у стены и просто балдела, подпевая, наблюдала, как мои соседки по общаге разбежались по залу, захватывая в плен девичьих рук своих разлюбезных принцев. Когда песня закончилась, парочки нехотя разлепились и, как железные опилки в опыте с магнитом, плавно разошлись к краям танцпола. Но паузу тут же нарушил чей-то требовательный голос: «Шизгару давай!». И зал подхватил: — Шизгара, йе-е! — Шизгару давай! — Шиз-га-ра! И грянули знакомые гитарные аккорды вступления. Девчонки завизжали. Зал мгновенно накрыло новой волной бешеной энергии и азарта. Я тоже рванула в гущу танцующих, в кружок своих соседок по общаге, и мы дружно оторвались под любимый музон. Очень быстро я почувствовала,как зал движется в едином ритме, топот каблуков, хлопки, под ногами ритмично вздрагивал деревянный пол фойе. «Интересно, если все одновременно подпрыгнут в конце, мы провалимся?» — мелькнула мысль, и мне стало смешно. Мы отскакали «Шизгару», и кто-то заорал, что надо еще. Ведущий тут же запустил ее по новой. «Шизгара» прозвучала три раза подряд, а потом Диспетчер решил всем отомстить и включил «Для меня нет тебя прекрасней…». И сразу все как-то стихло, толпа снова разбилась на парочки, слипшиеся в томных объятиях. Я не стала дожидаться, пригласит ли меня кто-нибудь, и пошла на улицу, там у входа в ДК я видела автоматы с газировкой и хотела попить водички. Но не успела далеко уйти. На выходе из зала я услышала над ухом сочный баритон: — Ду ю спик инглиш? Я вздрогнула и оглянулась на голос. — Шпрехен зи дойч? Ву парле франсе? Парле итальяно? Аблар эспаньол? — сыпал баритон. Я смерила нахала презрительным взглядом. Нахал оказался очень высоким. — Неужели португеш? — ничуть не смутившись, продолжил длинный нахал. Интересно, если я ему сейчас отвечу хотя бы на одном из тех языков, что он перечислил, он сразу отвалит или как? Но тут же подумала, что не стоит вываливать на человека, которого видишь впервые, всю мощь своего высшего образования с изучением ряда иностранных языков. Поэтому я включила «дурочку из переулочка», захлопала густо накрашенными ресницами и пискнула: — Че? — Круассан через плечо, — очень вежливо, без тени улыбки ответил длинный. — Такой милой леди подобает говорить не «че», а «чегось». Откуда такая красота в наших суровых краях? Ну во-о-от… Началось. Только я порадовалась, что нашелся оригинальный ум, как он тут же скатился в банальщину. — От верблюда, — ответила я подчеркнуто равнодушно. Нахал заступил вперед, перегородив дорогу, и внимательно осмотрел меня с головы до ног. Ну нахал же! — Хм… От верблюда… Неужели с берегов Персидского залива? — задумчиво проговорил он. — Тогда почему такая беленькая? Загар плохо прилипает? Ах ты наглец! Сама не знаю почему, но от этого дурацкого вопроса я мгновенно вскипела. Да пошел ты! Я хотела со всей силы наступить ему на ногу, но у этого шланга оказалась потрясающая реакция — он ловко убрал свою кроссовку из-под удара, и мой каблук гнева провалился в пустоту, ая потеряла равновесие и качнулась прямо на нахала. Он тут же подхватил меня под мышки и легко приподнял. Наши глаза встретились. Какие синие! Ой, мамочки… — Да ты… пушиночка… — услышала я его изменившийся, глухой голос. — Руки с бильярду… — прошипела я. Он опустил меня на пол. Все это продлилось какие-то секунды, но мне показалось, что вечность. У меня заледенели пальцы, стало холодно. |