Книга Герцогиня-дуэлянтка, страница 6 – Минерва Спенсер

Пошарив здоровой рукой у себя над головой, Сесиль нащупала прикрепленную к лодке веревку и крепко за нее ухватилась, чтобы не уйти под воду. Вокруг царила зловещая тишина, нарушал которую лишь плеск воды о деревянные борта и ее собственное прерывистое дыхание.

Отец мертв.

Эта внезапная мысль оказалась сродни удару ножа в грудь. Сесиль не плакала много лет – с тех самых пор, как санкюлоты^[2]сожгли дотла замок герцога. Отсутствие герцога, находившегося в то время в Париже, не помешало разъяренной толпе перебить слуг – людей, которых Сесиль считала своими друзьями и семьей.

А теперь она лишилась и отца.

Даже если ей удастся выжить, она останется совсем одна.

«В Англии у нас есть кузен, – не раз говорил ей отец. – И если тебе вдруг понадобится помощь, ты всегда можешь обратиться к нему». Про этого кузена, кроме имени – Кертис – она ничего не знала и ни разу в жизни его не видела, а других родственников у нее не было.

Маячившее впереди мрачное будущее оказалось даже более тяжелой ношей, нежели промокшая одежда, тянувшая Сесиль ко дну. Было бы так просто разжать пальцы и, погрузившись в забвение, присоединиться к отцу.

Однако рука отказывалась отпустить веревку. И когда воздух под лодкой стал настолько спертым, что заболели легкие, Сесиль с силой заработала ногами и, выбравшись из-под лодки, прильнула к ее корпусу, пока вокруг неистовствовал шторм.

Спустя несколько часов, когда ливень превратился в легкую изморось, а порывы ветра – в безобидный бриз, Сесиль все еще держалась за лодку, наблюдая за тем, как первые лучи рассвета окрасили горизонт и расстилавшийся впереди берег Англии.

Уайтчепел, Лондон

Февраль 1816 года

Сесиль выстрелом выбила игральную карту из руки красивого молодого человека, и тот, вскрикнув, подскочил на месте. Она же разразилась потоком ругательств на английском и французском языках.

– Простите! Простите! – залепетал Джерри Уиллер, съежившись под гневным взглядом Сесиль.

Ему было двадцать три года. Сесиль считала его самым привлекательным мужчиной из тех, что когда-либо встречались ей на пути, и в то же время самым трусливым.

Убрав пистолет в изготовленную на заказ кобуру, Сесиль глубоко вздохнула и заставила себя говорить медленно и спокойно, что никогда не было ее сильной стороной.

– Джерри, я думаю, нам пора расстаться.

– О, прошу вас, прошу вас, прошу вас, мисс Трамбле! Я постараюсь исправиться. Клянусь!

– Прошло уже два месяца, Джерри, а ты кричишь громче, чем в первый день.

Парень закусил пухлую нижнюю губу идеально ровными белоснежными зубами.

– Я этого не хотел… Не знаю, что со мной такое.

Не выдержав, Сесиль рассмеялась:

– С тобой все в порядке! Как и большинству нормальных людей, тебе не по себе, когда в тебя стреляют.

– Но мне нравится работать в цирке, мисс Трамбле. Он стал для меня настоящим домом.

И Джерри был в этом не одинок. Сесиль тоже считала Фантастический женский цирк Фарнема своим домом.

Вздохнув, она привстала на цыпочки и похлопала парня по мускулистому плечу.

– Уверена, для тебя здесь обязательно найдется какая-нибудь работа. Завтра я поговорю с Берил и Уилфредом. Посмотрим, что они смогут для тебя подыскать.

Берил и Уилфред, импресарио Сесиль, довольно успешно управляли цирком со всеми его театральными постановками и представлениями.