Книга Опасный маркиз, страница 60 – Минерва Спенсер

Она отпустила Адама и, сжав запястья хрупкой дамы, беспардонно оглядела ее на расстоянии вытянутой руки.

К облегчению Адама, его жену скорее позабавил, чем встревожил такой бурный прием.

— Зовите меня просто Ливия: мы не терпим церемоний, — добавила девушка, прежде чем заключить Мию в объятия.

Та с явной охотой ответила на объятие и взглянула на нее с неменьшим дружелюбием:

— А вы зовите меня Мией.

На лице у нее заиграл румянец, и Ливия, довольная, улыбнулась:

— Мия, это Октавия. С тех пор как Гай рассказал нам о вашей с Адамом помолвке, мы мечтали с вами увидеться.

Мия, кажется, растерялась от трех необычных имен.

— В самом деле, Ливия, в самом деле, — энергично закивала Октавия, отчего ее огромная шляпа с перьями судорожно затряслась. — С тех пор как впервые прочитали о вашем возвращении в Англию, мы жаждали встречи с вами.

— Нам бы очень хотелось послушать настоящую историю о тех годах, чтовы провели за границей.

Денфорд поднес ладонь ко лбу и прикрыл глаза:

— Ливия…

— Но только если вам удобно будет говорить об этом, конечно. Мы сама тактичность, правда же, Ливия?

— Разумеется, Октавия. Мы тактичны, как никто другой. Только вспомни, как мы никому не рассказывали о нежных чувствах, которые Гай питал к той молодой оперной танцовщице в свой первый год в Оксфорде. Помнишь, сколько бумаги он измарал, воспевая ее в своих чудовищных стихах? — Ливия расхохоталась, не обращая внимания на возмущенный вопль брата.

— Да-да, особенно тот стих, в котором он срифмовал «розы» и «слезы».

Адам только головой покачал, глядя на залитое краской страдальческое лицо друга, и повернулся к жене.

— Можешь сразу им все рассказать, Мия. Они в любом случае вытянут из тебя все твои сокровенные тайны.

Кажется, Мию удивило такое обращение, и Адам задумался, относилось ли ее дружеское предложение называть ее уменьшительным именем к нему или только к дамам.

Ливия шлепнула его по локтю огромным веером, зажатым в руке, затянутой в зеленовато-желтую перчатку.

— O-о, Адам, что ты наделал! Теперь она будет нас бояться.

— Она сама кого хочешь напугает, — пробормотал он вполголоса.

Приятная компания пришлась Мие по душе еще больше, чем пьеса, за ходом которой они почти не следили. Виконт Денфорт и две мисс Ментон служили настоящим магнитом, привлекавшим интересных людей. Тем, кто собрался в их ложе, было мало просто смотреть спектакль, — они в подробностях разбирали его и препарировали.

Мия хохотала до упаду над язвительными замечаниями Ливии и высокомерного белокурого поэта, сидевшего рядом с ней. По огромному количеству направленных на них лорнетов было заметно, что они привлекают к себе внимание. В течение первой половины спектакля Эксли, сидевший рядом с Октавией, не раз смеялся, запрокинув голову. От его обычной презрительной усмешки не осталось и следа. Его лицо, обычно скрытое под маской равнодушия, было расслаблено и даже весело. Его едва можно было узнать: он благодушно реагировал на нескончаемые подшучивания Ливии и Октавии. Мие и в голову не могло прийти, что он способен на такое.

Во время долгого антракта между первым и вторым актами в ложу набилось еще больше друзей Ментонов, и все они без стеснения наслаждались шампанскими вином, которые текли рекой. После того как выпили по бокалу, Мия и Ливия оказались зажатыми в дальний угол.