Книга Опасный маркиз, страница 56 – Минерва Спенсер

— Вы читаете по-арабски?

— Да, но большинство книг в га… которые у меня имелись, были на французском.

От Адама не укрылась ее оговорка.

— Не нужно избегать говорить о вашем прошлом в моем присутствии. Да и вообще не понимаю, почему бы просто не рассказать о себе правду. — Он подошел к нужному шкафу.

— Вы не против, чтобы стало известно, где я пробыла все эти годы?

— С чего бы мне быть против? — спросил Адам, просматривая одну полку за другой.

— Отец опасался, что правда может запятнать честь семьи, — объяснила она где-то у него за спиной. — Вас это не беспокоит?

Адам горько усмехнулся:

— Нет, меня не заботит, что вы можете запятнать честь моей семьи. Так значит, герцогу было известно о вашем прошлом?

— По большей части.

Адам повернулся к ней:

— Что ему было известно?

— Он знает, что я жила во дворце Бабы Хасана неподалеку от Орана. Он никогда не спрашивал меня о жизни во дворце… есть ли у меня дети.

Чертов трус! Адам опять повернулся к полкам и стал водить пальцем по корешкам, пока не нашел то, что искал. Достав книгу с полки, он протянул ее с загнутыми углами страниц Мие:

— Я сам очень любил эту книгу в детстве и видел, как девочки тоже ее читали.

— «Путешествия Гулливера»? — Между ее рыжеватыми бровями пролегла маленькая складка. — Кажется, в раннем детстве я это читала. — Ее лоб разгладился. — Да… я помню, Йеху! Прекрасный выбор. Благодарю вас, милорд.

Мия протянула было руку к его рукаву, как во время их прогулки в фаэтоне, но одернула себя. Адам поморщился. Они были женаты меньше одного дня, а он уже подавил ее непосредственную, общительную натуру. На ней не было перчаток, и ее кожа оказалась теплой и мягкой, а косточки нежными и хрупкими, когда он взял ее заруку. Адам взглянул на ее подобное цветку лицо, но не нашелся что сказать. Он молча поднес ее руку к губам и поцеловал. Все его тело сладко напряглось от того, как охотно ее губы изогнулись в улыбке.

— Я распоряжусь, чтобы Хилл отобрал для вас книги, которые, как мне кажется, вам понравятся, и мы возьмем их с собой. Библиотека в Эксаме обширнее здешней, но там меньше художественной литературы.

Рука Мии порхнула прочь, словно бледный мотылек, стоило Адаму ее отпустить. Ее лицо светилось от благодарности, и Адам нашел это захватывающим. В то же время она его устыдила.

Он отвернулся, говоря:

— Мне пора идти, если я хочу добыть для нас билеты на вечер.

«Всего лишь один вечер в театре», — сказал он себе немного погодя, не без труда объезжая перегруженный дилижанс на своем фаэтоне. Он вовсе не ухаживает за Мией и уж точно не думает, будто один вечер, проведенный с ним вместе, ее осчастливит. Ничего подобного. Любой порядочный человек поступил бы так на его месте, ведь, так или иначе, он сделал Мию своей женой. Давно пора было прекратить вести себя как мужлан и позаботиться о ее комфорте.

Его долг — разделить с ней ложе и как можно скорее зачать. Она не получит независимость, к которой так стремилась, пока не выполнит свою часть сделки. Его часть заключалась в том, что она будет жить с ним раздельно. Этот брак не будет похож на брак с Вероникой. Между ним и Мией нет никакой любви, никаких сильных чувств. Об этом следовало помнить. Их союз не настоящий — всего лишь деловое соглашение.

Мия устроилась поудобнее на сиденье, обтянутом мягкой кожей, и принялась разглядывать мужа. Тот выглядел безукоризненно в вечернем наряде, и лицо у него было не такое презрительное, как обычно. Адам рассматривал ее, окидывая взглядом ее платье. Она заказала его в первую неделю после помолвки, когда ей больше не требовалось одобрения отца.