Книга Соблазнительная скромница, страница 81 – Валери Боумен

— Что? — Губы ее сложились в виде буквы О.

— Ты слышала. — Он запустил пятерню в волосы. — После этой ночи нам придется пожениться.

Элизабет упрямо надула щеки и решительно замотала головой:

— Ты сошел с ума? Вся прелесть нашей договоренности заключается том, что ни один из нас не хочет жениться.

На мгновение закрыв глаза, Кристофер застонал:

— Лиз, только подумай: Торнбери — мой друг, и я просто не могу оставить все как есть…

— Но ведь для всех ты мой поклонник, — заявила Элизабет. — И у нас вполне может быть любовная связь. Мы не знаем, сколько это будет продолжаться, но пока ведь это доставляет нам удовольствие, а потому не надо ничего усложнять.

— Ты меня не слышишь: нам нужно пожениться! — в отчаянии воскликнул Кристофер.

Она сделала еще шаг назад и нащупала ручку двери за спиной.

— Нет, нет и нет! Нам не нужно жениться! Не бывать этому! Я хотела заняться с тобой любовью, это да, но выходить за тебя не хочу, как и вообще ни за кого. Мне и в голову это не приходило: ведь и тебе этого не хочется.

Он что, сошел с ума?

— Не думал, что тебе придется это объяснять. Достойный уважения джентльмен не должен оставаться в стороне, лишив невинности благородную леди…

— Но ведь ты же у нас повеса, — пошутила Лиз, но он оставался серьезен.

— Элизабет, ты должна меня выслушать.

— Нет, не должна. — Она понизила голос до шепота. — Ты не можешь указывать мне, как поступить. Я никогда бы не легла с тобой в постель, если бы подумала, что есть хоть один шанс, что ты будешь настаивать на браке. — Она взялась за ручку двери. — Нет нужды говорить об этом еще раз. Мы ничего никому не скажем, так что причин идти под венец не будет.

Кристофер стиснул зубы:ну почему эта упрямица не хочет выслушать его доводы?

— А как насчет последствий? — привел он самый весомый аргумент.

— Нет никаких последствий. Ты не… э-э… ты уверен, что ребенок не появится или нет?

— Да, уверен.

— Вот и прекрасно! Тогда нет проблем.

— Нет проблем? Но ведь я лишил тебя…

Элизабет зажмурилась и едва не выругалась.

— Да перестань ты об этом талдычить! Ты ничего меня не лишал: я сама вручила ее тебе, свободно, добровольно. — Открыв глаза, она рубанула рукой в воздухе. — Я терпеть не могу, когда мужчины ведут себя так, словно никто, кроме них, не может принимать решения. Тебе все еще интересно, почему я не хватаюсь за возможность выйти за тебя?

Ну почему она так упрямится? Ей ведь известны правила, принятые в обществе. Не может же она действительно верить в то, что не нужно ничего предпринимать, после того как провели ночь. Он отлично все понимал, шаг за шагом приближаясь к ее двери минувшей ночью.

— Другого пути нет. Я скомпрометировал тебя, и мы должны пожениться.

Она резко повернулась к нему: глаза полыхают темным огнем, руки скрещены на груди.

— Никто меня не компрометировал! Господи, как я ненавижу это слово! Я сама так решила — ведь уже не ребенок.

Втянув носом воздух, он процедил:

— Ты, как и я, прекрасно понимаешь…

Элизабет не дала ему договорить, понизив голос до гневного шипения:

— Я, как и ты, прекрасно понимаю, что никто не должен узнать об этом.

Кристофер приложил ладонь ко лбу. Ему с ней не справиться.

— Прекрасно! И что дальше? Мы снова будем изображать ухаживания так, словно этой ночи и не было?

Как он все это выдержит, если уже сейчас, всего лишь поговорив с ней, почувствовал желание.