Книга Соблазнительная скромница, страница 59 – Валери Боумен

— Эй, ты! Получишь еще, если быстро пригонишь сюда наемную карету.

Согласно кивнув, мальчишка тут же умчался, и через несколько минут карета, обогнув здание, остановилась прямо перед ними.

Сент-Клер рывком открыл дверцу, помог Лиз забраться внутрь и последовал за ней. Бросив мальчишке еще одну монету, он сказал кучеру название улицы, где жила Лиз. Потом, громыхнув дверцей, откинулся на сиденье напротив нее. Как только они оказались одни в полумраке кареты, она скрестила руки на груди и спросила:

— Почему мы убегали черным ходом? Могли бы выйти через парадную дверь.

— Чтобы завтра весь Лондон гудел как растревоженный улей, что леди Элизабет Уитморленд посещает клуб «Оникс»? От твоей репутации ничего бы не осталось.

— Репутация — это ерунда, предрассудки.

Сент-Клер посмотрел ей в глаза.

— Лиз, послушай, это не игрушки: могут быть реальные последствия, если твоя репутация пострадает.

— Мне плевать на мнение общества.

— Тебе, может, и наплевать, а вот твоей сестре — нет, как и всей твоей семье. От вас все отвернутся, если тебя кто-нибудь увидит в заведении вроде этого.

Лиз с трудом сглотнула. Он прав. Как бы ей это ни было неприятно, но он прав.

— Зачем нужно было уезжать так скоро? Мне не хотелось останавливаться, — заговорила она как капризный ребенок, но ей было все равно.

— К дьяволу! Да, мне тоже не хотелось, но я сделал тебе одолжение.

Лиз вполне удовлетворил его ответ: он тоже не хотел останавливаться, и, успокоившись, оставшуюся часть пути они проехали в тишине. Карета остановилась на углу улицы, неподалеку от дома Джастина. Пока Сент-Клер расплачивался с кучером, Лиз старалась держаться в тени, а когда карета скрылась за углом, вопросительно посмотрела на него.

— Сейчас ты пойдешь домой, — заявил Кристофер. — Я прослежу, чтобы ты вошла внутрь без проблем. Будет лучше, если ты войдешь одна, иначе слуги начнут сплетничать. Поэтому сразу же отправляйся к себе в комнату и ложись спать.

Ноздри у Лиз затрепетали.

— Ты у нас самый главный, да?

Кристофер проигнорировал ее слова и в свою очередь спросил:

— Ты все поняла?

— Да, ваша светлость! — съязвила Лиз.

— Прекрасно! Увидимся завтра. И вот еще что: сегодня ничего не произошло.

Кристофер лупил по джутовому мешку, набитому конским волосом, который был подвешен к балке у него на конюшне. Он устроил себе это приспособление, чтобы отрабатывать удары в промежутках между боксерскими поединками. Ему нравился бокс — он помогал поддерживать форму и снимать нервное напряжение, особенно когда хотелось на кого-нибудь наброситься. Вот только сегодня ему хотелось отколотить самого себя и попытаться забыть минувшую ночь.

Но одно дело — заявить об этом Элизабет, и совсем другое — справиться самому. Он проворочался с боку на бок всю ночь, вспоминая происшедшее. Это казалось больше сном, чем реальностью, но тем не менее все было на самом деле.

Надо же быть таким идиотом: не сообразить, что женщина, которая выглядит точь-в-точь, как Элизабет, и есть Элизабет. И запах… Похоже, его тело оказалось понятливее и сразу все распознало. Но что она делала в этом клубе?

Кристофер нанес еще один боковой удар, вбив кулак в грубую дерюгу, и зарычал на мешок, словно это был его кровный враг.

Да провались оно! Отправившись вчера в клуб, Лиз очень рисковала. Он ничуть не преувеличивал, когда сказал, что, если бы ее кто-нибудь узнал, пострадала бы вся ее семья. О чем она, черт побери, думала? Лиз сказала, что об этом заведении узнала от сестры. Кристроферу было известно, что Торнбери постоянно наведывался в клуб «Оникс», пока не влюбился, но Джессика должна была понимать, что это не место для невинных дебютанток. Это заведение предназначалось для пресыщенных, для тех, кто существует на периферии общества, для тех, кто предпочитает проигрывать крупные суммы и заниматься тем, что им нравится, в приватной обстановке, инкогнито, оставаясь при этом представителем пристойной части общества.