Книга Случайное селфи для бандита, страница 14 – Ольга Медная

— Бляяядь! — это было первое, что вылетело из уст Алмазова. Ёмко, сочно и очень по-родному. — Веди их к «Ангару 18». Я выезжаю навстречу. Глеб, если с её головы упадет хоть один волос — я из тебя сделаю коврик для этого самого «Майбаха». Понял меня?

— Понял, босс.

— Давид! — не выдержала я, хватая телефон. — Тут пули свистят! Настоящие! И они портят мне карму и обивку вашей машины! Скажите им, чтобы они перестали, это же некультурно!

— Кнопка? — в его голосе промелькнуло что-то похожее на облегчение, смешанное с яростью. — Жива? Сиди тихо и дыши глубже. Я уже близко. Никто тебя не тронет, обещаю. А если тронут — я сожгу этот город до фундамента.

— Ой, только не надо пафоса, просто приедьте и заберите меня от этого сумасшедшего гонщика! — крикнула я, прежде чем Глеб выхватил телефон.

Мы влетели в зону заброшенных складов. Ржавые ангары, битый кирпич, горы покрышек — декорации для бюджетного хоррора. Глеб резко затормозил у массивных железных ворот, которые начали медленно отползать в сторону.

— Выходи! — он схватил меня за локоть и буквально выдернул из машины.

— Эй, полегче, я не мешок с картошкой!

Мы вбежали внутрь огромного, пыльного помещения. Пахло мазутом, пылью и старым железом. Глеб затолкнул меня за массивный стальной контейнер.

— Сиди здесь. Не шевелись. Что бы ни услышала — не выходи.

— А если мне захочется в туалет на почве стресса? — прошептала я, прижимаясь спиной к холодному металлу.

— Тогда молись, чтобы это была твоя единственная проблема, — отрезал он и исчез в тени.

Снаружи раздался визг тормозов. Потом — тишина. Тяжелая, липкая, которую можно было резать ножом. Моё сердце билось так сильно, что, казалось, его слышно на другом конце ангара. Я сидела в своем алом платье, босая (балетки потерялисьгде-то в процессе заезда в кусты), и чувствовала себя самой нелепой жертвой криминальных разборок.

«Лика, ты просто хотела сходить на концерт. Просто. Сходить. На. Концерт», — повторяла я про себя, как мантру.

Внезапно со стороны входа раздались шаги. Медленные, уверенные. Это не был Глеб — тот двигался бесшумно. Это был кто-то, кто не боялся быть обнаруженным.

— Выходи, красавица, — раздался незнакомый, неприятно-склизкий голос. — Я знаю, что ты здесь. Давид так за тебя переживает… Хочется посмотреть, ради кого наш «Алмаз» так подставился.

Я затаила дыхание, вжимаясь в контейнер. «Хоть бы не нашли, хоть бы не нашли…»

— Ну же, Анжелика. У меня для тебя есть подарок. Не такой скучный, как этот розовый мешок, в котором тебя видели утром.

Они знали про розовое платье. Значит, у Алмазова действительно «крыса» в окружении.

Шаги приближались. Я нащупала на полу тяжелый ржавый гаечный ключ. Не бог весть какое оружие, но лучше, чем ничего.

— Если ты не выйдешь сама, я начну стрелять по контейнерам. Рано или поздно рикошет тебя найдет. На счет три. Раз…

Я сжала ключ до боли в пальцах.

— Два…

В этот момент крышу ангара будто разорвало. Сверху, через световые окна, посыпались осколки. Грохот выстрелов слился в один сплошной гул.

— Работаем! — знакомый, властный рык Давида перекрыл шум боя.

Я зажмурилась, обхватив голову руками. Рядом что-то взорвалось, посыпалась штукатурка. Кто-то закричал, раздались звуки борьбы, удары, сочный мат.

— Где она?! Глеб, мать твою, где девчонка?! — голос Давида был совсем близко.