Онлайн книга «Акушерка Аушвица. Основано на реальных событиях»
|
– Нет, нет, нет, это может подождать… Иди ко мне… Он начал расстегивать пуговички на ее форме, но пальцы его дрожали, и Эстер осторожно его остановила. – Лучше расскажи, Филипп… Общая проблема… – Все равно проблема, – мрачно закончил он. – Пока мы вместе, то… – Пока… Сердце Эстер упало. – Что случилось? Квартира? Хозяин… – Нет, не хозяин, нет… Просто… Подожди минутку… Он метнулся в кухню и вернулся с местной газетой «Лодзер Цайтунг». Филипп медленно развернул ее и передал Эстер. На развороте была напечатана карта города, с темным пятном в районе рынка Балуты. Ниже было напечатано «Die Wohngebiet der Juden». – Wohngebiet? – Эстер непонимающе посмотрела на Филиппа. – Место проживания, – перевел он и с горечью добавил: – Гетто. Эстер рухнула на постель, даже не заметив, что Филипп сел рядом. Она никак не могла понять немецкий текст. Статья, написанная в имперском стиле захватчиков, гласила, что евреи как «раса, лишенная чувства чистоты» должны жить отдельно от остальных членов общества, чтобы не заразить «порядочных граждан» города. Эстер снова и снова перечитывала эти слова, понимая их лишь отчасти. – Лишенная чувства чистоты, – прошептала она. – Да как они смеют?! Она оглядела свою квартирку – маленькую, старую, даже ветхую, но безупречно чистую. – Это неправда, Эстер, – мягко проговорил Филипп. – Знаю! И от этого еще хуже! Как они смеют говорить о нас такое? Разве не существует закона о клевете?! Почему их никто не остановит? Филипп закусил губу. – Они – победители, дорогая. Значит, они могут сделать все, что захотят… – И загнать нас в… гетто? Даже само слово было отвратительным – коротким и резким, как ядовитое насекомое. – Похоже, да… – И когда? Филипп сглотнул. – Нам дали три дня… Эстер с ужасом посмотрела на него, поднялась и вышла из спальни в кухню. Пальто ее висело на крючке в коридоре – там она повесила его, войдя домой, ощутив восхитительный запах бигоса и увидев любимого мужа в фартуке. Ей хотелось соблазнить его, несмотря на все, о чем он уже знал… И в то же время ей хотелось, чтобы он не говорил ей об этом, пока… Пока что? – Что нам делать, Филипп? Он подошел, обнял ее за талию, и она прижалась к нему. Он нежно провел губами по ее шее. – Мы станем еще ближе друг к другу, дорогая. Эта квартирка нравится мне так же, как и тебе, но мой дом – там, где ты. Если немцы думают, что нас можно сломить, вытеснив из родного города, то они ошибаются. Давай съедим наш бигос и ляжем в постель, а завтра пойдем к родным и найдем новый дом – лучше любого немецкого дворца, потому что наш дом будет наполнен любовью, а не ненавистью. Они попытались. Оба старались изо всех сил, но бигос отдавал опилками. Невозможно было заснуть, зная, что это последняя ночь в крохотном родном доме. Когда первые лучи рассвета пробились сквозь шторы, оба испытали облегчение. Они слышали крики на улице, но продолжали лежать, обнявшись, оттягивая последние моменты безопасности. Тут в дверь постучали – пришли родители и сестра Эстер. Пришлось подниматься и решать, что делать с этим кошмаром. Все были близки к панике. Гетто устроили в районе большого рынка Балуты в северной части Лодзи. Многие евреи уже жили там, но было немало и тех, кто жил в других частях города. Никто не знал, что теперь делать и куда бежать. |