Книга Ты мне не братишка, страница 39 – Евгения Паризьена

— О боже!

Он с таким вожделением его лизал, что у меня затряслись коленки.

— Скажи теперь, ты счастлива? Как тебе мой язычок? Ты ведь хочешь кончить? — он сжимал мою грудь, а я так долго ждала его ласки, что выгнулась от удовольствия.

— Марк, перестань!

— Поздно, ты сама выбрала этот путь! — касается языком, и я взрываюсь от оргазма, тело не поддаётся контролю. Как он не понимает, что я люблю его до безумия. Он тут же отстранился, а я закрыла свои соски руками.

— Как ты можешь быть моей сестрой? Теперь можешь написать в своём дневнике, как кончила от язычка своего двоюродного брата! — уходит и оставляет меня одну, а я сижу в ванной под прохладной водой, она стекает по моему безжизненному телу. Мы переступили черту, как теперь с этим жить? Не помню, как долго я просидела под ледяной струёй. Лишь под утро я вылезла из ванной. Так и не смогла уснуть, закуталась в своё одеяло, и ещё долго смотрела в окно. Меня разбудил настойчивый звонок по телефону.

— Алло! — мой голос будто умер, так больно мне ещё не было никогда.

— Полина, ты соображаешь, преподаватель ругается! Что произошло? — спрашивает у меня подруга, а я еле могу вымолвить слово, потому что страшно болит горло. Видимо, мои мокрые процедуры, не пошли мне на пользу.

— Я заболела, наверное, ангина! — выключаю на автомате свой телефон, и на ватных ногах спускаюсь вниз. Что же мы наделали вчера? Он совсем обезумел, это я виновата, забыла свой дневник прямо в кабинете. На холодильнике приклеена записка:

Блинчики на столе!

Как же сильно я на него обижалась, хотя он подарил мне самую незабываемую ласку. Беру в свои руки тарелку, и со всей силы швыряю её в стену, как можно было полюбитьтакого засранца. Но сердцу не прикажешь, я не перестану им восхищаться никогда. И всё это началось давным-давно, боль в горле становится невыносимой, у меня нет сил дойти до ближайшей аптеки. Тело ломает от ужасной простуды, я совсем перестала заботиться о своём здоровье, и всему виной мой ненаглядный братишка.

От лица Марка

Весь день я провёл в баре, не мог выбросить тот дурацкий дневник из головы. Помню, как она выгибалась подо мной, и что мы творили с ней в ванной. Да, совсем слетел с катушек, сделал это так грязно, что у меня сжимались руки в кулаки.

— Скучаешь? Марк, на тебе нет лица! Я специально пригласил вон тех близняшек, а ты такой смурной, будто с кем-то поругался! — подсаживается ко мне друг, не узнавая моего морального состояния.

— Я обидел её! Она такая невинная, но что за порочные мысли появились в её голове? Она же достойна принца! Не такого, как я.

— Не могу поверить, Марк влюбился!

— Нет, чёрт возьми, точнее я люблю её, но как сестру! — а сам с вожделением вспоминал нашу интрижку в ванной.

— А это ты про свою Полину? Только не говори, что ты её не хочешь! Её тело это просто бомба! Почему ты не попробуешь этот сладкий нектар?

— Остановись! Полина не такая, как все эти шлюхи! — ненавижу себя, мне даже противно возвращаться домой.

— Марк? ты видел, как она на тебя сморит! Воспользуйся её невинным телом, вы можете трахаться сутки напролёт! — кажется у него потекли слюнки, на что я взял его за грудки:

— Осторожно! Я же сказал, что убью любого за неё! И если ещё раз ты намекнёшь, что сам бы не прочь с ней перепихнуться, я отрежу твои яйца! — оставляю этот чертов бар. И сажусь в такси. На улице был страшный ливень, почему на сердце появилась странная тревога? Отрываю дверь своими ключами, и замираю. Во всём доме включен свет, в гостиной работает телевизор, но моей мелочи нигде нет.