Книга Бывшие. Скучала по мне?, страница 46 – Софья Май

Тётя хватается за сердце. Эльвира отворачивается, смотрит куда-то в пол, взгляда на меня не поднимает, в руках крутит стакан с водой. Щёки красные, уши красные.

— Где она?

— Ушла.

В холле слышится шум открывающейся двери и топот.

— Скорую вызывали?

— Да, сюда проходите. Не разувайтесь, — говорю я, встречаю бригаду медиков, провожаю к тёте.

Тётя лежит, раскинув руки, громко стонет. Медики принимаются за осмотр, проводят опрос. Эльвира, передав тётю в руки медиков, тихонько идёт на кухню.

Как меня задолбала эта херня. В доме какая-то хрень творится. И сил терпеть это уже нет. Я хочу спокойствия дома. Если Серафима и правда решила довести моих родственников только для того, чтобы уехать от меня, пускай проваливает. Выжгу это из себя. Просто заберу у Серафимы сына. Я старался быть к ней терпимым, но, видимо, ей настолько неприятно жить со мной, что она решила довести остальных.

Захожу на кухню, тётя Залима и Роза сидят за столом и спокойно завтракают. Совершенно не волнуясь о родственнице. Что за херня?

— Гости где?

— Спят ещё, наверное, — пожимает плечами тётя Залима.

Эльвира меня смущает, словно старается уйти подальше и спрятаться. По третьему кругу моет одну и ту же тарелку. Тётя Залима и Роза совсем не выглядят обеспокоенными.

Минут через пятнадцать в гостиной подымается шум. Снова тётя Зарема громко верещит.

— Я не поеду. Тут и так всё летит чёрт-те куда, а если я уеду — такое начнётся, — возмущается тётя Зарема, снова разворачивая боевые действия, теперь они направлены на врачей.

— Мы всё, что могли, сделали. От госпитализации ваша родственница отказывается, — говорят мне врачи.

Тётя продолжает хвататься за сердце и стонать, при этом причитает, какие плохие врачи. Требует срочно написать на них жалобу с требованием уволить их.

Провожаю врачей.

— Серьёзное что-то? — спрашиваю врача.

Тот громко вздыхает, выходит за порог и, как только дверь закрывается, останавливается и устало смотрит на меня.

— Мужик, тебя как зовут? — спрашивает врач.

— Дамир.

— Дамир, сочувствую. Там с головой проблемы.

— Не понял.

— А что тут понимать. ЭКГ сделали — здорова ваша родственница, давление померяли — как у космонавтов. Да и по-честному, ну если человек при смерти, он просит помощи, а чаще всего молчит, просто молчит, нет сил кричать и воевать, даже стонать иногда. Внимания твоей родственнице не хватает.

— Уверен?

— Двадцать лет опыта, у меня таких вызовов по десять каждый день.

— Я поговорю с ней.

— Просто хочу предупредить, ваша родственница попросила выписать ей справку, что у неё инфаркт или рак, вызванный тем, что на неё накричала невестка. Ты в жопе, — громко хохотнул доктор, пожал мне руку и направился в сторону ворот.

Вот же старая перечница. Концерт мне решила устроить. А я ведь мог и поверить. Но это не отменяет того факта, что их война меня достала и с этим надо что-то решать.

Нахрен избавиться от Халяевых, тёте же плохо, вот и повод. Всех соберу вместе и устрою им такой допрос с пристрастием.

Погода сегодня под стать настроению. Небо заволокло тучами, и вот-вот хлынет ливень. Обещали, что такая погода дня на три.

Размышляю, как разрулить весь происходящий писец. И тут я вспоминаю, что в коридоре, ведущем в кухню, тоже была камера. Набираю Рому.

— Ром, камеры рядом с кухней работают?