Книга Училка и мажор, страница 66 – Юлианна Орлова, Виктория Победа

—Ты воспитала…

В голове проносится «чудовище», но я вовремя захлопываю рот. Она не заслужила.

—Не вини его, наш дедушка виноват во многом из того, что мы имеем, да и я тоже, а он нет. Он шел по течению и выбирал из двух зол. Если бы не мы тогда…может и ничего бы не было, и вообще… жизнь иначе бы сложилась. Но тогда не было бы и тебя, мой мальчик, и только ради этого я готова не корить себя за прошлый грехи, только ради этого, — шепчет мне в спину моя красавица.

А я стою, анализируя всепроисходящее. О чем она? Какие грехи? Нет, для меня не было секретом некоторые подробности личной жизни матери и отца, я знал, что мама рано забеременела, знал, что брак у них тоже был ранний. И во многом им помогали родители, это я все знал, но что ж еще было?

—Ты о чем?

—Неважно, мой мальчик. Неважно.

Для меня все важно. И я разберусь в этом. Но вслух не проговариваю, конечно, это ни к чему.

—Я встречусь с отцом. Собирайся.

Хрипло выдаю в ответ, потому что здоровье бабушки для меня на первом месте. Главнее всех гордынь.

ГЛАВА 21

ВАСИЛИСА

С уходом Рустама мои мысли возвращаются в исходную точку. Отчим не дает мне покоя весь день, а связаться с парнями я до сих пор не могу. И от этого моя и без того потрепанная нервная система сбоит, вынуждает иррационально себя вести. Я то и дело смотрю в окно, словно ищу глазами кого-то, кто мог бы за мной следить, несколько раз проверяю замок, ступая словно воришка по собственному коридору. А потом и вовсе закрываюсь у себя в комнате, усаживаюсь на большую кровать, до сих пор не застеленную, все еще имеющую егозапах, и дрожу как осиновый лист.

О чем говорил? Вернуть все? Я ничего чужого не брала. Да и своего толком не забрала, все было оставлено новым хозяевам, тут скорее парни сработали. Слава настоял тогда, Женя в этом плане гибким был, все хотел, чтобы я продала технику отдельно, они еще ругались по поводу несгибаемости некоторых. Но я посчитала мысли Славы верными, все-таки да, лучше все оставить, наши с мамой вещи я забрала, а остальное мне не принадлежит, нечего и разевать рот на чужой каравай. Так как за вещами в итоге не пришли…их отправили куда-то парни, сказали, что родственникам. Вот только какие уж тут родственники, если у Константина никого не было.

Так он всегда говорил, вот только Шаховы меня уверяли в обратном, но я тогда была занята похоронами матери, а после…поступлением в Вуз, и все как-то стерлось из памяти, мне помогли быстро прийти в себя, за что я навсегда буду благодарна Шаховым. Особенно Владимиру Сергеевичу, светлый был человек с таким же обостренным чувством справедливости, как у меня. Он еще шутить любил, а не его ли я дочка по духу. Так и были мы доча по духу и отец по духу, жена его, Нелли Николаевна, все говорила, что хочет меня удочерить, да только до совершеннолетия было полгода, и я со слезами на глазах отказывалась. Поверить не могла, что такие чистые люди есть в моей жизни. Вот как бывает, да.

Эти полгода меня вылечили в какой-то степени, хоть рана внутри будет всегда. Шаховы дали мне путевку в жизнь, потому что я могла не работать, а спокойно готовиться к экзаменам, рядом были мои постоянные охранники, Слава и Женя, воспитанные настоящими мужчинами. Я нигде не ходила сама, меня провожали и встречали, куда бы я ни пошла. Так продолжалось месяц, пока наконец-тоне был оглашен приговор для моего бывшего отчима, и то даже тогда Слава запрещал мне выходить куда-либо самой, терпеливо дожидался с курсов по языку, даже если я там задерживалась и ни разу не высказал недовольства на этот счет.