Книга Училка и мажор, страница 51 – Юлианна Орлова, Виктория Победа

Пальцы Рустама пробираются к трусикам и скользят поверх, пока в мой рот грубо вторгаются, еще и еще. По венам несется жар, а в голове давно уже нет ни единой разумной мысли. Кажется, руками я пытаюсь прижать Белова ближе к себе вместо того…вместо того, чтобы оттолкнуть.

Он первый отрывается, обводит пальцем мои опухшие губы и довольно скалится.

—Ты моя. И сама это знаешь. А теперь ешь. Отказ будет восприниматься как сопротивление. И наказываться соответственно. И да, плохие девочки не кончают. Ладушки?

ГЛАВА 16

БЕЛЫЙ

Испуганные глаза смотрят на меня так, словно я зверь какой, но вот на самом дне я вижу то, чего так долго ждал…отклик. Она падет, вопрос лишь времени, когда я заполучу Васю в полное владение. Когда буду иметь все права трогать ее, целовать и делать с ней все, что захочу, а захочу я много чего, судя по моей ненормальной реакции на женское тело. Что я там не видел? Да я стольких переимел, что не сосчитать, меня сложно удивить. А тут…стоило только разок увидеть, и я поплыл. Неужели и меня настигло это бесячее, незнакомое чувство, от которого у нормальных пацанов мозги превращаются в курагу?

Вася неуверенно толкает меня от себя, я позволяю, но лишь потому, что с нового ракурса я могу рассмотреть тонкую полоску трусов, плотно прилегающую к очень интересному месту, где виднеется темное пятно. Да, малыш, мы еще даже не начинали, а ты уже готова. Это ли не чудо?

—Оставь меня, — обиженным голосом твердит Влащенко, спрыгивая со стола. Вместе с этим движением идет кругом моя голова, потому что я слишком отчетливо видел, как подпрыгнула при этом полная грудь.

—Поешь, уйду.

Обещаю и так сделаю, точно. Теперь правда я знаю ее адрес, знаю о ней почти все, что живет одна, что парня нет, мужа нет и детей нет. Совсем одна, что тоже очень плохо, ведь такой молодой и красивой опасно находиться в одиночестве. Мало ли какие полудурки ходят вокруг.

А за информацию спасибо бывшему начальнику службы безопасности моего отца, по совместительству, моему крестному. Только я могу позвонить ему в любое время дня и ночи, чтобы раздобыть нужную инфу. Правда потом придётся с ним выпить, и он еще пару раз пройдется по теме с отцом, но это я готов потерпеть, ведь мужик он мировой, конечно.

—Этой мой дом… — начинает снова щебетать Вася, даже немного грозно звучит, правда, но не для меня.

—Так будь же гостеприимной. Накорми, ублажи и спать уложи, — подхожу к девушке вплотную, наблюдая, как огромные голубые глаза расширяются в несколько раз от моих слов. А то. Я и не так могу, малыш.

Но голод, как говорится, не тетка, и Вася усаживается за стол. Недовольная, волосы торчат в разные стороны, спутаны, я постарался. Так даже лучше, мне приятнее смотреть на ее взлохмаченный вид, совсем как видок после секса, мне кажется, посленего родимого она будет как спелое яблочко. Румяное.

Вася есть, терпеливо разжевывая содержимое тарелки, вновь и вновь касается розовых искусанных губ вилкой. А я смотрю и представляю, как вместо вилки оказываюсь я сам. Чертов больной псих. Снова вилка елозит по губам, снова я замираю, вглядываясь в изящный стан. Вкусно ест. Так бы и смотрел, и ел бы сам.

Пока она не съедает содержимое тарелки до последней крошки, я не моргая смотрю. Наблюдаю. Вкушаю. Оцениваю и любуюсь. Я живу.