Книга Дача для Забавы, страница 18 – Дирижабль с. чудесами

* * *

В доме у Таисии было тепло. Андрей, нагой по пояс, сидел за кухонным столом, поедая яичницу с беконом и запивая всё это крепким кофе. Волосы были мокрыми и торчали в беспорядке.

— Милый, ты тут незамужнюю женщину не смущал бы, — покачала головой Тася, в глазах у нее прыгали веселые чертики. — Футболку накинь.

Тот что-то пробурчал себе под нос, но послушно поднялся из-за стола и ушёл в комнату. Вернулся уже полностью одетым и даже причесанным.

— Ну что, для первого раза — очень даже ничего, — ободряюще сказала Тася, наливая Забавечай. — Справляешься. Всё у тебя наладится, постепенно.

Забава поморщилась.

— Конечно, наладится. Просто в сорок два года начинать всё с нуля… Это морально тяжело. Одно дело, когда тебе двадцать: крутишься, как белка в колесе, и даже не устаёшь. И совсем другое, когда у тебя то давление низкое, то спину прострелило… Я вчера целый час не могла уснуть. Всё думала, что нужно было сделать по-другому. Может, к дочке уехать и там с ней квартиру снимать и работать. В чужом городе хочешь-не хочешь пришлось бы шевелиться. Или к родителям уехать. Там ведь тоже есть школы и дети, которые готовятся к экзаменам. Первое время было бы тяжело. Пока учеников найдёшь… Но большой семьёй жить всё равно как-то проще. Надо было раньше думать головой, больше стараться, подработки искать… Вон, нормальные люди в моем возрасте уже с такой карьерой, что им никакой развод не страшен. А я… Я, наверное, какая-то неправильная.

— Брось, — отмахнулась Тася. — Глупо себя винить. И сравнивать себя с другими — самое бесполезное занятие на свете.

— Ты думаешь, я не знаю, что скажут люди? — горько усмехнулась Забава. — Что надо было шевелить мозгами, а не ждать у моря погоды. И они будут правы!

— Да ладно! Слышала про ошибку выжившего? Люди, которые тебя судят, никогда не были на твоем месте. Или были, но они не учитывают, что условия у вас всё равно разные, — твердо парировала Тася. — Успех зависит не только от того, как ты крутишься, но и от удачи. Многие просто не понимают, что оказались в нужное время в нужном месте, поэтому и выиграли свою «гонку». А некоторые крутятся-крутятся, делают-делают, а толку — ноль. Но мы же не животные, чтобы бросать слабых на произвол судьбы. То есть мы животные, конечно, но разумные! Вот представь: выпал птенец из гнезда, потому что он самый слабый. Ты что, будешь его винить в том, что он не смог быть сильнее своих братьев? Или пожалеешь и выкормишь?

— Я давно не птенец, — возразила Забава. — Я давно оперилась. Птенца можно пожалеть, а меня — нет.

Тут в разговор, до этого молча завтракавший, вмешался Андрей.

— Расскажи ей про сову, — сказал он, глядя на жену.

Тася оживилась.

— О, точно! Хочешь про оперившихся? Прошлой зимой мы перевозили лошадей со старой конюшни. Едем и видим — на снегу сова сидит. И не улетает. Мы остановились, вышли.В багажнике как раз флисовая попона была. Поймали ее, хотя она почти не сопротивлялась. Думали, крыло сломала. Повезли в приют для птиц. А там сказали, что птица просто истощена. Вот такая, взрослая и оперившаяся, не сумела себя прокормить. Так бывает.

Тася посмотрела прямо на Забаву.

— И мы же не злимся на сову, не говорим ей: «Лети быстрее, лови больше мышей, ведь другие совы как-то справляются и умудряются выжить!». Мы не испытываем к ней ненависти за то, что она ослабла и не может справиться сама. Мы просто жалеем ее, везем в теплое место, кормим. А когда окрепнет — выпускаем на волю.