Онлайн книга «Молох»
|
Вот Лизка! Сама говорила, что не надо мужикам про бывших рассказывать, и сама сдала ее с потрохами. – А зачем ты у Лизки спрашивал, у меня бы спросил. – Всё, что надо, я уже узнал. – Может, еще что-то осталось, что тебя беспокоит? Спроси. Я отвечу. – Я интересовался им, чтобы просчитать степень его безрассудности. Меня не волнуют подробности ваших отношений, если ты об этом. – Совсем? – Совершенно. – И ты не ревнуешь? – К этому студенту? Нет. – Как здорово, – улыбнулась она, ни капли ему не веря. С тихим хлопком Кир вывернул пробку из горлышка бутылки, глотнул шампанского, остальное выплеснув в ванну. – Я надеюсь, твой студент будет благоразумным и не станет донимать тебя своим вниманием. В противном случае я разволнуюсь. И буду вынужден принять меры. Она промолчала, втайне теша себя той же надеждой. Что Николаша по возвращении из своей командировки не воспылает забытой любовьюи не сунется восстанавливать утраченные связи. Шампанское постепенно наполняло белую ванну. Пустых бутылок прибавлялось. Каждый глоток всё больше кружил голову. Пьянило не только выпитое, но и аромат, наполнивший всю ванную комнату. Тело Евы разомлело, а мозг будто освободился от каких-то скреп. Потекли мысли, ясные, чистые. И глядя на льющейся из черных бутылок блеск, Ева думала, что вряд ли найдется тот, кто сможет заменить Кира или его повторить, если они все-таки расстанутся. Ее любовь к нему самая настоящая. Первая, сильная. Внезапная и безрассудочная. Она не основана на благодарности или выгоде, не зависит от обстоятельств, и по всем условиям не должна была случиться. Но она случилась. Заполнила каждую клеточку, голову, мысли. Стала частью ее и в некотором роде ее изменила. Они с Николашей много о любви рассуждали, но ничего такого не чувствовали. Она так точно. Может, потому и говорилось легко, что ничего подобного не испытывала. Не чувствовала опасности, не боялась быть уязвленной. Наверное, оттого было столь трудно признаться в любви Молоху. Но ведь это же самообман. Разве молчание спасет от боли? Если все-таки случится им разойтись, потерять друг друга, молчание не уменьшит боль и разочарование. Хотя так ли важно, произнесены эти слова или нет. Прозвучали ли они вслух. Так ли важно обязательно говорить. Ведь важнее – чувствовать. Ева расслабилась, окончательно смирившись со своей участью быть выкупанной в шампанском, и даже начала находить в этом что-то приятное. Сняв халат, она повернулась на другую сторону и опустила ноги в ванную. – Ныряй уже, – сказал Кир, отпивая из бутылки. – Пару ящиков оставим про запас. Тебе тут хватит выкупаться. Ева соскользнула в ванную и зажмурилась от нахлынувшей прохлады. Пузырьки обволокли тело, защекотали кожу и взбудоражили кровь. – Боже… – Улёт? – Кир полил игристым ее голые плечи. – Главное – вернуться обратно, – выдохнула она. – Николаша, кстати, никогда бы мне не подсыпал какую-то херню. – Я так и понял. Николаша хороший мальчик, но что-то у вас не срослось. Ева засмеялась: – Кстати, да, мы с ним несколько раз пили шампанское, и он ничего такого себе не позволял. Поначалу… – Ну и дурак, – посмеялся Молох. – Я бы тебя на первом же свидании завалил. Ева засмеялась, селав ванной, прижав колени к груди. Обхватив рукой за шею, она притянула его к себе и сказала, касаясь губами щеки: |