Книга Исчезновения, страница 23 – Игорь Юдин

Изложил я свою просьбу Лауре уже практически стоя на коленях — по-другому разговаривать с ней сейчас насчёт Фреи вряд ли бы просто получилось. Тем более что она её на дух не переносила и до этого, а может быть даже и ревновала. Кто этих женщин знает, что у них вообще на уме.

Выслушав мои соображения, она неожиданно расхохоталась и ехидно заметила:

— А я ведь, мой хороший, так и думала, что этим всё дело закончится.Что она разведёт тебя как последнего лопуха на жалость, и ты тут же поскачешь ко мне с просьбой её помиловать. Впрочем, насколько мне помнится, это уже второй подобный случай, не так ли⁈

— И что из этого! — процедил я.

— Ты хоть понимаешь, что она мать моего ребёнка! Если ты её посадишь, можешь просто позабыть про наши доверительные с тобой отношения. Я просто, моя милая, после этого больше не смогу на тебя смотреть как прежде. Прошу, отдай мне её на поруки, некоторое время посидит под домашним арестом, а там видно будет что с ней делать дальше. Может на этот раз поумнеет и прекратит свои козни!

— Вот как⁈ Ты теперь меня что, решил шантажировать своим членом, что ли⁈ — изумилась она и озадаченно опустилась на диван.

— Ну дела! Да с вами двоими точно не соскучишься!

Некоторое время она молча разглядывала меня, как какое-то редкое вредное насекомое. Затем осчастливила:

— Значит так, мой милый, можешь ей передать следующее моё решение: о своей хорошей должности в администрации города она с этого момента пускай забудет. А с завтрашнего дня и в течение пяти следующих лет она будет чистить нашу городскую конюшню. Работа что ни есть подходящая для неё, к тому же у неё будет там достаточно времени подумать над своим поведением, и, главное, на свободе, как ты и хотел. А теперь вали отсюда нахрен к этой набитой дуре и обрадуй её!

«Ну и стерва», — подумал я, выходя от неё.

«И зачем ей всё это только надо, могла бы просто закрыть на всё происшедшее глаза, мало ли чего в жизни не бывает. И как мне сообщить теперь всё это Фреи, чтобы ту не хватил при этом удар»? — Ошарашенно думал я садясь в машину и направляясь уже к ней.

Первым делом, что я сделал, когда приехал к Фреи, это прошёл на кухню, сел за стол и налил себе водки из принесённой с собой бутылки. Выйдя ко мне из своей комнаты, она остановилась в проёме двери, внимательно посмотрела на меня и с придыханием от охватившего её волнения спросила:

— Ну что там, Дейв⁈

— Ничего хорошего, моя прелесть, но могло быть и хуже! — буркнул я.

— Во всяком случае, в тюрьму ты не сядешь, будешь жить дома и на свободе! — После чего, бросив на неё искоса взгляд, добавил:

— Правда, в относительной, так как она назначила тебе исправительно трудовые работы сроком на пять лет! — Так что о своей работе в администрации ты теперь можешь напрочь забыть и в городском совете тоже! — Вот такие дела, но, как я сказал, в тюрьму ты всё таки не сядешь!

Облегчённо вздохнув, та приземлилась на стул и тоже плеснула себе водочки. Видимо серьёзно перенервничала в ожидании известий о своей дальнейшей участи. Про то, что из себя представляют эти самые исправительные работы, она даже не поинтересовалась по своей наивности или ещё просто не осознала от радости, что это такое. Поэтому, подождав, пока она немного успокоится, я, чтобы её сразу не шокировать, начал подводить к этому вопросу как бы издалека. Чтобы невзначай она не брякнулась тут же в обморок. Но так как дипломат из меня был, если честно, никакой, видимо, сделал это не очень удачно. После первых же моих слов о том, что прямо с завтрашнего дня ей теперь придётся работать на городской конюшне, она тут же в него благополучно и отправилась. С грохотом свалившись со стула. Перетащив её на кровать, я опять отправился на кухню ждать, когда она придёт в себя. Появившись через некоторое время оттуда, она со злостью уставилась на меня и обиженно заметила: