Книга Исчезновения, страница 22 – Игорь Юдин

— Значит так, хватит здесь слёзы лить, нужно было раньше своей башкой думать! — Заорал опять на неё я, через некоторое время.

— А теперь придётся расплачиваться за свои глупости. Уму непостижимо, как ты вообще могла до этого додуматься. Не нравлюсь я тебе, так живи с кем хочешь, я тебя что, держу что ли⁈ — Я вздохнул и устало развёл руками.

— А теперь что прикажешь делать? Тебя Лаура теперь точно упекёт далеко и надолго. Ты же не только меня хотела на тот свет отправить, но и её в том числе!

— Я тебя ненавижу! — процедила та неожиданно сквозь зубы, и опять попыталась накинуться на меня. Молотя куда попало при этом по мне руками.

— Ты мне всю жизнь сломал своими любовными похождениями. Я всё бросила и приехала за тобой сюда. Я всю себя тебе отдала, а ты со мной обошёлся как с пустым местом! — истерично взвизгнула она и закрыв лицо руками опять зарыдала.

— Я тебя сюда не звал! — произнёс уже устало я, чувствуя, как меня от всего происходящего начинает просто колотить. Чего-чего, а подобного поворота событий я совсем не ожидал и даже не представлял, что в этой ситуации нужно делать. Поэтому просто попытался её хоть как-то вернуть на грешную землю.

— Жизнь, надо принимать такой, какая она есть, а не гнаться в ней за пустыми мечтами. Я никогда не был ангелом, и ты это прекрасно знала. Я такой, какой есть, со всеми своими недостатками, а ты всё это время пыталась из меня слепитьчто-то иное. Ладно ты от меня хотела избавиться со своим любовничком, но вы хотели устранить заодно и Лауру. А теперь всё, трендец! Лаура тебе никогда этого не простит, и даже я в этой ситуации уже ничем не смогу тебе помочь. Ты хоть это понимаешь своими мозгами⁈

Подняв на меня глаза, Фрея наверное осознала наконец чем ей это грозит и вдруг изменившись в лице вцепилась мне руками в ноги и запричитала:

— Дейв, родненький, не сажайте меня, богом тебя молю, я же там подохну. Прости ты меня, дуру глупую, от ревности меня видно бес попутал. Делай со мной что хочешь, только не отбирай сынишку и не сажай в тюрьму. Я всё для тебя сделаю! — и, размазывая слёзы на глазах, опять зарыдала.

«Вот ведьма», — подумал я, — «и что теперь с ней делать, что я пацану скажу, когда он подрастёт. Что его мать сидит в тюрьме, потому что хотела угробить твоего папочку». Искоса взглянув на неё, я вдруг понял, наверно, на чистом подсознательном уровне, что ничего не могу на самом деле сделать с ней, и просто устало процедил:

— Значит так, быстро одевайся, едем домой — там разберёмся. Попробую ещё раз уговорить Лауру, чтобы она тебе ещё один шанс дала идиотке. А пока посидишь под домашним арестом, и молись богу, чтобы она удила не закусила, ты даже не представляешь, насколько она на тебя сейчас зла. Давай, нахрен, собирайся, сказал, хватит тут слёзы лить!

Через пятнадцать минут мы были уже у неё дома. Отправив нянечку сына домой, я забрал все ключи и, закрыв за собой дверь, отправился к Лауре просить на неё индульгенцию, а точнее, попробовать взять её на поруки. Как-никак, а она всё-таки мать моего ребёнка. К тому же я и сам не знаю, как буду жить без неё, если с ней что-нибудь случится в тюрьме. К тому же отчасти в том, что произошло, была всё-таки и моя доля вины. Надо было просто ей больше внимания уделять, и, может быть, ничего подобного бы и не случилось.