Книга Жена чужого мужа. Счастье взаймы, страница 77 – Злата Романова

Кофе уже остыл, но я все равно пью его, потому что его приготовила она. Стараюсь не смотреть на Виту слишком долго, чтобы не выдать своей жажды по ней, но взгляд то и дело возвращается к ее лицу.

– Ты можешь дать мне контакты того психолога? – огорошивает она меня неожиданной просьбой. – Если я хочу растить ребенка в здоровой атмосфере, то не помешало бы привести в порядок собственную голову.

– Конечно, – говорю я, чувствуя облегчение от того, что раз она сама просит об этом, значит, ее состояние по сравнению с тем, что было, действительно меняется в лучшую сторону.

Я не солгал, когда сказал, что не понимал, в какой глубокой депрессии она находится до того срыва в бассейне. Боясь, что отец решит все же исполнить свою угрозу, я не рисковал слишком пристально следить за ее жизнью, но раз в несколько месяцев мой человек присылал отчет, в котором говорилось, что она здорова, ходит на работу и ни с кем не встречается. Сухие факты о ее жизни, не затрагивающие ее эмоционального состояния.

– Так ты хочешь остаться в России? – не могу не спросить ее, ведь от ответа зависит и моя дальнейшая жизнь. Я жил эти недели в подвешенном состоянии, не зная, чем займусь в будущем и сходя с ума от бездействия.

– Да, хочу, Булат. У меня нет желания кардинально менять свою жизнь, уехав в чужую страну, где я никого не знаю. Тут живет Лиза и ее дети. Она моя единственная семья и она всегда была мне надежной опорой.

Камень в мой огород, но я рад тому, что Лиза ее поддерживала. Они хоть и родственники, но познакомились всего несколько лет назад и стали близки, как сестры, что редкость для нашего времени. А что касается желания Виты остаться жить в России… Я останусь рядом с ними в любом случае. Даже если видеть буду при этом только своего сына, но не его мать.

Я действительно люблю его. Люблю так, как не представлял себе это возможным, хоть и обещал Раяне всегда заботиться о ней и ее ребенке. Я больше не вижу в нем сына Ахметова, я даже сына Раяны в нем не вижу. Он стопроцентномой и Виты, ведь она полюбила его даже раньше, чем я.

– Хорошо, – отвечаю ей. – Что насчет жилья? Хочешь остаться здесь или обратно в свою квартиру?

– Я не хочу возвращаться туда, – сразу же закрывается Вита. Я вижу, как напрягаются ее хрупкие плечи, как тонкие пальцы цепляются за столешницу. – Но и здесь жить мне неудобно. Этот пентхаус… Он слишком большой для нас двоих, Булат. Я бы предпочла продать свою квартиру и купить что-нибудь другое.

– Мой человек займется этим для тебя. Я дам тебе его номер. Выбери вариант, который тебе понравится, и не думай о стоимости. Ты можешь возражать сколько угодно, но в этом отношении я останусь непреклонен. Обеспечить вас с сыном – моя забота.

– Ладно, – соглашается она.

Мы оба молчим после этого и я понимаю, что раз основные вопросы уже закрыты, то мне пора. Вита даже не смотрит на меня, так что я пользуюсь возможностью в последний раз полюбоваться ею, прежде чем заставить себя встать. На ее глубокие синие глаза, на нежные губы, сжатые в тонкую линию, на прекрасные волосы, которые стали еще длиннее. Она так же красива, как и в день нашей встречи, несмотря на небольшие изменения, которые связаны скорее с возрастом, чем с вмешательствами. Настоящая красота моей нежной фиалки. Только она уже не моя.