Книга Девочка из глубинки. Книга 1, страница 31 – Слава Доронина

Смотрит на меня, будто я какая-то непутевая.

— Пока не объясните — не буду, — настаиваю я.

Сжимает губы, отчего морщины на лице становятся ещё чётче.

— Что непонятного? Знаний во мне много. Ищу, кому передать. От тебя чувствительность идёт. Может, толк будет. Вот и проверяю. Если подойдёшь, то научу всему. Пей.

— А если я не хочу пить и этому всему учиться?

— А бывает, что и не спрашивают. Не через меня, так насильно. Через плохие события всё это приходит. Лучше уж по своей воле и при мне. Не просто так ты тут появилась. Особенно если через него пришла.

— Через кого?

Степанида раздраженно закатывает глаза.

— Кто тебя сюда привез?

— Демьян. Постойте… Вы ему тоже пытались вот эту воду?

— Нет. Он не подходит, —грубо обрывает. — Женщина должна быть. Что-то есть в тебе, не пойму что именно, — задумчиво разглядывает. — Вряд ли со стороны матери, раз там наследственность слабая. А вот со стороны отца… Говоришь ничего не знаешь про него?

Отрицательно качаю головой.

— Даже имени.

— А отчество чьё носишь?

— Деда. Хотя ни бабушку, ни дедушку я никогда не видела. Мама сказала, они рано умерли.

— Ладно, — вздыхает. — Устала я. Пей. И пойду отдохну. И ты тоже.

— Мне точно не станет плохо? — ещё раз спрашиваю.

— Сегодня — точно.

Смотрю на Степаниду, на ее сжатые губы, на синеватые пальцы, на усталые глаза, которые будто смотрят сквозь меня. И беру стакан. Губы прикасаются к стеклу, и не покидает ощущение, что я у нее как подопытная.

Вода теплая. Оставляет вкус на языке, которого раньше не было. Делаю глоток. Второй. Хочу поставить на стол, но Степанида придерживает стакан.

— До дна.

В отличие от вчера, сегодня я и правда ничего не чувствую. Но… слегка странная бабуля, участок с двумя постройками и ее внук-красавчик — все это больше похоже на завязку триллера. Завтра пойду смотреть старый дом еще раз. Вдруг там подвал, и таких учениц, как вчерашняя, с десяток валяется в погребе. Мертвых. А я следующая? Почему бы и нет. Родни нет, друзей почти нет — никто и не хватится.

Степанида просит прибраться на кухне и завтра нарвать траву, которую сама выращивает в конце двора. Упоминает день летнего солнцестояния. Но мне это ни о чём не говорит. Конечно, погуглить не помешало бы. И про Демьяна тоже… Но я фамилии его не знаю. Сейчас же все про всех можно найти. Точно.

— Степанида, — обращаюсь к старушке, когда та встает и собирается уходить. — А какая у вас фамилия?

— Хрущёва. Но у него другая фамилия, по отцу. Тот ещё негодяй, конечно, но мать его, подлеца этого, любила до безумия. А он… чтобы его там черти в аду ещё раз сожгли до пепла… обоих до ручки довёл.

От смущения хочу превратиться в горошину и закатиться под плинтус. Вот как она догадалась?

— Я… вы не так поняли.

— Приберись и спать иди. Утром расскажешь, что снилось.

Всё-таки с «щедростью» и «подарчком» комфортнее было здесь находиться в разы.

Но выбор, как бы, и невелик. К Петру — ни за что. Лучше уж эту воду наговоренную пить и травы помогать выращивать.

Убравшись на кухне,пью чай и поднимаюсь в свою комнату. Открываю телефон и кладу обратно. Без симки работать отказывается, а свою вставлять не хочу. Хотя, по идее, надо бы. Ире позвонить, на работу заехать за деньгами. Я там, как-никак, две недели с начала месяца отработала. Деньги небольшие, но всё же.