Книга Девочка из глубинки. Книга 1, страница 120 – Слава Доронина

— Девушка, вы на «Экономику»? — спрашивает парень за стойкой.

В глаза сразу бросается кожаный браслет с какой-то незнакомой мне символикой, а уже потом я смотрю в его лицо. Чёрные, жгучие волосы, тени на глазах. Разве подобный вид допускают в учебных заведениях? В нашей школе бы заставили всё смыть, а одноклассники потом ещё долго потешались бы, снимали видео, тыкали пальцами. А в Москве всё иначе. Никому до тебя нет дела. Ну почти никому. Марине и Артёму почему-то есть.

— Да.

— Тогда вот заявление. Подписи вот здесь и здесь. Электронная подача через нас. Если баллы хорошие, можете пройти на бюджет.

Он говорит быстро, слова сливаются в общий шум. Я ставлю подписи, руки чуть дрожат. Всё происходит слишком стремительно. Будто бы не со мной.

— А вы не из Москвы, да? — вдруг спрашивает он, заглядывая в паспорт.

— Нет.

— Ну, таких тут много, — улыбается.

— Таких?

— Приезжих, — переводит взгляд к монитору.

Отхожу в сторону и наблюдаю за, возможно, будущими студентами ГГУ. Рядом девушка с ярко-розовыми ногтями и айфоном говорит по видеосвязи:

— Да, я сказала, что оригиналы позже принесу. Мам, не разводи панику на ровном месте. А если что, папа все решит!

Наверное, это здорово, когда о тебе есть кому позаботиться. Когда есть мама и папа, у которых можно спросить совета. А я у себя одна. И решения принимаю тоже одна. Не всегда правильные, чаще — импульсивные. Особенно все, что касается Демьяна. И эта сегодняшняя подача документов один из самых важных дней в моей жизни. На уровне с потерей девственности, — язвительно думаю я. Потому что это мой первый настоящий шаг в Москву. Не в чужую квартиру, не в гостиницу, а сюда, в место, где решается, останусь ли я здесь надолго. И с этими чувствами, с этим безумным влечением к Демьяну я как-тозабыла о своей основной цели.

— Немченко! — зовет девушка из комиссии. — Результаты проверки придут на почту.

— Спасибо. Это… все? Могу идти?

— Да. Удачи, — кивает она машинально.

Правда, все? Я представляла, что проведу в институте минимум час, а то и два. А на деле минут двадцать. Выхожу на улицу, иду к метро. У здания ларек с выпечкой, пахнет кофе и хот-догами. Рядом припаркован чей-то кабриолет. Такой контраст… Из машины выходит девушка в стильном наряде, и мысли о том, что у одних всё есть с рождения, а у других — ничего, снова возвращаются. Смотрю моднице вслед и вспоминаю разговор с Мариной, Артёмом, свое собственное ущербное ощущение. Как всего этого добиться, если у меня даже толком работы нет? Ничего нет.

На остановке думаю, что могла бы еще в один институт подать документы, но решаю поехать к Степаниде. Клиника ближе. Спускаюсь в метро, наблюдая за людьми. Все куда-то торопятся, замкнутые, в наушниках. Я словно маленький любопытный муравей. И никому не нужный.

В вагоне прохладно. Кондиционер дует прямо в лицо, но зато я впервые за день чувствую облегчение. Даже капельку удовлетворения от того, что сделала этот шаг. Сажусь у окна, достаю телефон, смотрю в экран. Демьян в сети. А я ему так и не ответила. Пальцы сами набирают: «У бабушки все нормально», — но я стираю сообщение, прежде чем отправить. Сначала доеду, потом буду отчитываться.

Через пару станций пересаживаюсь и добираюсь до нужной точки. Выхожу и иду в кафе, где вчера пили с Алексеем кофе. Беру себе латте и занимаю столик у окна, когда телефон в сумке оживает.