Книга Девочка из глубинки. Книга 1, страница 103 – Слава Доронина

— Точно не обожглись? — с искренней заботой повторяет незнакомец, наклоняясь чуть ближе.

— Нет-нет, все нормально, — отвечаю я чуть увереннее. — Кофе уже остывал… Больше ударило по самолюбию, чем по коже.

Он улыбается краешком рта:

— Ну, по крайней мере, ожогов нет — и то хорошо.

Я наконец прихожу в себя и смущенно пытаюсь отдать платок.

— Извините, я его испачкала, а он еще именной…

— Пустяки. Оставьте, — поднимает ладонь, отказываясь брать назад. — Или заберу, когда постираете. идет?

Это что, подкат?..

— Вы куда-то спешили? — спрашивает мой неожиданный спаситель.

— Шла в клинику через дорогу, — киваю в ее сторону.

— Тогда разрешите составить вам компанию. А то вдруг вас опять кто-нибудь так невежливо толкнет. Сегодня, смотрю, люди летают сломя голову.

Я оглядываюсь: действительно, поток прохожих снова хлынул через дорогу, все спешат, толкаются.

— Не беспокойтесь. Я сама дойду.

— Мне в ту же сторону, — тепло улыбается.

Ситуация абсурдная — посторонний человек предлагает проводить, потому что меня атаковал стакан кофе. Но его заботливое внимание кажется мне таким искренним… и, чего греха таить, приятным.

— Ну… если вам правда по пути, — соглашаюсь я наконец.

— Вот и отлично. Меня, кстати, Алексей зовут, — представляется он, подстраиваясь под мой шаг.

— Мишель, — отвечаю я.

Он с легким удивлением поднимает брови.

— Мишель? Как интересно… Редкое имя. И очень красивое.

— Спасибо, — смущенно отзываюсь.

— Вы не из Франции случайно?

Я улыбаюсь в ответ. Да, ижевская француженка.

— Просто имя необычное досталось, мама так назвала. В жизни все называют проще — Миша.

— Мне нравится.

Мы идем рядом по оживленной улице. Алексей незаметно смещается так, чтобы идти с внешней стороны тротуара, между мной и дорогой. Отмечаю про себяэтот жест старомодной вежливости. Поток прохожих редеет, мы уже миновали людное место и почти подошли к клинике.

— Вы, должно быть, недавно в Москве? — спрашивает он.

— С чего вы взяли? — косым взглядом пытаюсь рассмотреть, что выдало мою провинциальность.

Он с шутливым укором кивает на мой испорченный наряд:

— У нас тут не принято останавливаться посреди толпы на переходе. Сразу рискуешь быть сбитым, как видите.

Открываю рот и тут же закрываю, не найдя что возразить. Он улыбается, показывая, что не всерьез поддевает.

— Если честно, я правда недавно, — признаюсь я. — Привыкаю пока к ритму.

— Ничего, дело наживное, — подбадривает Алексей. — Москва поначалу всех потряхивает. Зато потом втягиваешься и даже начинаешь получать удовольствие.

— А вы? Местный?

— Нет, тоже из разряда понаехавших. Но срок приличный намотал. Вы здесь по работе или учебе? — продолжает расспрашивать он.

— Скорее по семейным обстоятельствам, — уклончиво отвечаю я. — Навещаю бабушку вот, помогаю ей… Несу булочки.

— Понятно, — он явно замечает, что я не горю желанием откровенничать, и больше не задает лишних вопросов. Вместо этого кивает на вывеску клиники:

— Вот и пришли.

— Спасибо, что проводили. Дальше, думаю, я точно не потеряюсь.

— Ну, надеюсь, — продолжает идти рядом. — Но если что и по отделениям могу сопроводить.

Не сразу доходит, что он тут…

— Вы здесь работаете?

— Последние лет пять, — спокойно отвечает он.

Несколько секунд мы оба молчим. Затем Алексей предлагает:

— Слушайте… может, обменяемся телефонами? — выпаливает и тут же добавляет: — Ну, вдруг понадоблюсь для защиты от безумно спешащих прохожих. Или просто захочется поболтать. Или к бабушке пройти, если часы посещений закончатся.