Книга Учитель моего сына, страница 77 – Инна Инфинити

Примерно такого содержания у Жени разговоры с каждым, кому он звонит. Почти со всеми собеседниками у Евгения заходит разговор о его отце, из чего я делаю вывод, что он тоже какой-то высокопоставленный известный врач. Чтобы как-тосебя занять, я ставлю чайник. Не спрашивая у Жени, что он будет пить, делаю ему черный чай.

Я не знаю, сколько в Москве детских больниц. Женя звонит в одну за другой. Я ставлю перед ним кружку с чаем и приваливаюсь к подоконнику, сложив за спиной руки. Чувствую, как у меня дергается правое веко. Все происходящее кажется страшным сном. Я не могу поверить в действительность, в которой мой ребёнок пропал. Между звонками Женя читает сообщения, которые сыпятся в массе. Ему быстро отвечают на просьбу посмотреть в больнице наличие ребенка, похожего на моего.

— Пока все пишут, что такого мальчика у них нет, — задумчиво отвечает, глядя в экран телефона.

Не знаю, хорошо это или плохо. Опускаюсь затылком на окно и гляжу в потолок. Напряжение сковало шею. Больно поворачивать головой. А еще трудно держать себя в руках. Мне хочется разреветься, и только сила воли помогает мне не сделать этого.

— Костя пишет, что едет назад вместе с сотрудником полиции, — голос Жени заставляет меня оторваться от разглядывания потолка и посмотреть на него. — Но на самом деле на полицию тут надежды мало. Надо обращаться к поисково-спасательному отряду.

В горле ком. Я знаю эти отряды. Общалась с ними, когда работала корреспондентом в отделе общества. Они делают действительно полезную работу, находят многих пропавших людей.

Боже мой, неужели это происходит со мной!?

— Хорошо, — соглашаюсь. — Я сейчас позвоню им.

Я связываюсь с поисково-спасательным отрядом, подробно рассказываю обстоятельства пропажи сына, его приметы. На том конце провода обещают, что в самое ближайшее время приедет координатор за более подробной информацией. Поиски Лешки начнутся незамедлительно. Когда кладу трубку, раздается звонок в дверь. Это Костя вместе с двумя сотрудниками полиции — мужчиной и женщиной. Они представляются, называют свои имена и звания, но я в таком оцепенении, что не запоминаю. Гляжу на серьёзное, строгое, хмурое лицо Кости — и тело холодным потом прошибает.

Происходящий со мной кошмар — не сон. Это реальность.

— Сейчас моя коллега осмотрит комнату вашего сына, — объясняет полицейский, — снимет отпечатки пальцев, а я с вами побеседую.

— Д-да, конечно, пройдемте на кухню.

Костя направляется с нами, а Женя остается в прихожей. Я сажусь за стол, полицейский напротив, Костя приваливается к подоконнику.

— Мы локализуем район, — начинает полицейский, — проверим все многоэтажки, подъезды, гаражи, подвалы… Просмотрим видеокамеры, где они есть. Поговорим с учителями, одноклассниками, друзьями вашего сына. В общем, приложим максимум усилий. Сбор всех материалов займёт где-то дня три…

— Почему так долго!? — ужасаюсь.

— Это не долго, — полицейский оскорбляется. — Это очень даже быстро. Вы же понимаете, наши возможности не резиновые. Ну и вы у нас не единственные. Помимо вашего заявления еще десятки других: о грабежах, разбоях и так далее. Мы же не можем заниматься только вашим делом, а другие забросить.

Мне уже плохо. Прав был Женя, когда говорил, что на полицию надежды мало. Хорошо, что я связалась с поисково-спасательным отрядом. Поскорее бы они приехали.