Книга Рынок чувств: отыграть назад, страница 43 – Кэт Лорен

– Спасибо, – сказал он сухо, почти через зубы. – Но лучше бы присутствующие обсуждали то, зачем их сюда позвали, – презентацию проекта, а не чей-то брак.

– Ой, да брось ты, Андрей, – Отмахнулся от него Анатолий Станиславович. – Людям всегда будет интересно залезть в чужое грязное белье.

Рука мужчины напряглась на моей талии. Краем глаза я заметила, что муж едва сдерживался. Интересно, что произошло между этими двумя?

– Знаете, я всегда восхищался вашим браком, – продолжил Макаров, словно не замечая напряжения. – В наше время это редкость. Такая верность, преданность и понимание.

Я почувствовала, как теперь уже мои пальцы сжались в кулаки. Сердце начало биться быстрее. Этот человек умел вызывать раздражение одним лишь своим голосом.

– Я ценю твой интерес, – сказал Андрей. – Но мне кажется, ты суешь свой нос, куда не следует.

– О, я только хотел… – Макаров замялся, но я услышала, как его глаза бегло коснулись моих. – Это всего лишь светская беседа. Скажите, Мария, как у вас дела? Слышал, вы учитесь в медицинском?

Я почувствовала, как мое дыхание остановилось. Вопрос звучал невинно, но тон был провокационным. Секунда, и все, чтоя могла сделать, это взглянуть на Андрея.

– Да, верно. Я учусь на третьем курсе Медицинского Университета имени Сеченова.

Не понимаю, зачем эта информация Макарову? А потом до меня дошло: он хочет взять побольше информации обо мне и сдать ее прессе.

Андрей сделал один шаг ко мне, наклонился и взял мою руку. Пальцы его были теплыми и сильными. Он сжал их так, словно говорил: «Я здесь. Ты моя. Все под контролем».

Затем поднял руку к губам и нежно поцеловал мою ладонь.

– Мы должны уйти, – сказал он, глядя прямо в глаза.

Его взгляд был таким, что невозможно было сомневаться в словах. Он не смотрел на Макарова, не смотрел на зал, не смотрел на кого-либо еще. Только на меня.

Я почувствовала, как в груди застрял комок. Радость, смущение, странный трепет и тревога – все смешалось в один узел. С одной стороны, его жест согревал, вселяя чувство защищенности. С другой – я понимала, что это демонстрация силы, напоминание всем вокруг о том, что я принадлежу только ему.

Макаров замер. Его улыбка на секунду исчезла, глаза сузились. Он понял, что попытка вызвать напряжение провалилась.

– Конечно, – пробормотал он, слегка отошел, делая вид, что обращает внимание на кого-то другого.

Андрей не отпускал мою руку. Он смотрел на меня с той глубиной, которой я давно не видела, с той силой, которая заставляла мое сердце биться быстрее и дышать медленнее одновременно.

– Пойдем, – тихо сказал Зарянский, слегка сжимая мою руку. И я пошла за ним, чувствуя, как все глаза в зале на мгновение сместились на нас.

Он помог мне надеть шубу, накинул себе пальто на плечи и, покинув гардероб, повел меня на выход. Мы вышли из стеклянных дверей центра почти одновременно, молча. Андрей шел чуть впереди, придерживая для меня дверь, и я вдруг поймала себя на том, что все еще чувствую тепло его ладони, когда он случайно коснулся моей спины.

На улице было немноголюдно. Все потому, что сегодня ударили первые морозы. Некоторые мужчины стояли поодаль от нас и курили, оживленно болтая. Увидев нас, они кивнули, и мой муж ответил им тем же.

Андрей приобнял меня за талию и повел в противоположную сторону.