Книга Брат подруги. Наваждение, страница 51 – Валерия Сказочная

Не хочу, чтобы Матвей думал, будто я в чём-то сомневаюсь. И ведь не сомневаюсь же…

Он садится на кровать — рядом со мной. Кстати, я на ней вообще впервые… Это ведь его комната. Та самая спальная, в которой Матвей меня фотографировал. Только в тот раз кровать была не видна, потому что она у него трансформируемая, в стену убирается. Не заметила, кстати, чтобы Матвей отвлекался на то, чтобы её вернуть… Оставил так, когда уходил на работу?

Боже, я думаю о чём угодно, кроме как о предстоящем. Потому что аж дыхание сбивается от совсем обнажённого Матвея рядом и от вида его члена. Тяну руку, осторожно касаясь его; и будто каждой клеточкой ощущаю тщательно контролируемое нетерпение, исходящее от этого мужчины. Он слишком хочет меня. И я, конечно, не откажу.

— Я хочу надеть презерватив ртом, — говорю чуть смущённо, боясь, что Матвей не поймёт такого желания.

Сама даже не знаю, откуда оно. Слышала про такой метод, и всё на этом. Даже на видео не смотрела, а уж про опыт подруг тем более не спрашивала. Мы с ними вообще особо не говорим на такие темы, ведь я девственница.

— Ты уверена? — хрипло уточняет Матвей. Судя по взгляду, удивлён такой инициативе.

Теперь я сильнее смущаюсь, но назло этому усмехаюсь как можно беспечнее:

— Может, хватит спрашивать меня об уверенности? Я уверена во всём, что делаю.

Матвей тоже ухмыляется, только ласково как-то. Проводит пальцами по моей щеке, смотрит так, что утонуть в его потемневших глазах можно. Там такое явное желание — почти жажда, что я непроизвольно облизываю пересохшие губы. Смущения не остаётся. Я даже хочу удивлять Матвея, пробовать с ним всё, распалять и распаляться самой…

— Какая же ты… — шепчет он. — Невероятная. Но это не так просто, — добавляет серьёзнее, будтовключает разум мгновенно.

У меня он скорее плывёт, но улавливает, что Матвей говорит со знанием дела. И как я собираюсь его удивлять, если, в отличие от меня, у него уже есть опыт? Вот даже знает откуда-то, что «это не так просто».

— Кто-то тебе так уже делал? — спрашиваю как можно более непринуждённо, а самой скорее не по себе.

Матвей не удивляется моему вопросу и не воспринимает его как-то не так. Сразу отвечает, и довольно легко:

— Нет, но в теории это так, латекс всё-таки такой предмет. Надо осторожнее, чтобы ты им не подавилась и мы ничего не повредили.

Говоря это, он одновременно аккуратно освобождает презерватив из упаковки, проделывает с ним какие-то манипуляции — видимо, готовит к испытанию — и, наконец, осторожно пододвигается ко мне. Словно колеблется слегка. Но ведь хочет этого… Знаю наверняка. Ошибиться тут невозможно.

— Расположи за зубами, — мягко командует, и я стараюсь сделать так, как он говорит.

Отбрасываю мысли о том, нелепо ли сейчас выгляжу и так ли готова к предстоящему. От Матвея исходит слишком красноречивый жар. Да и член его как будто даже больше становится, чуть дёрнувшись. Смущённо отвожу от него взгляд.

— Да, вот так, — вздрагиваю от голоса Матвея и старательно беру себя в руки. — Кончик языка в наконечник, прижми к нёбу.

Что-то многовато он знает для только теории… Впрочем, даже хорошо, а то бы тыкались, как слепые котята. Матвей ведь сказал, что другие ему так не делали, и я верю.

— Хорошо… — одобрительно кивает он, ласково проведя пальцами по моей щеке. У меня кровь приливает к коже от его тёплого взгляда и того факта, что удалось с первого раза. А потом и от новых слов Матвея: — Теперь давай на колени.