Книга Одержимость. Девочка Сурового, страница 70 – Виктория Альмонд, Мия Руссо

Люди. Их сотни. Они сливаются в пестрое море шелка, атласа, смокингов и бриллиантов. Они пьют, смеются, обмениваются легкими, ни к чему не обязывающими фразами, но их глаза постоянно сканируют зал, выискивая новые жертвы для пересудов. И сейчас эти взгляды прикованы к нам. К Дане и ко мне.

Я иду рядом с ним, стараясь держать спину прямо, а подбородок высоко. На мне темно-синее платье в пол, простое, но безупречно сидящее, с открытой спиной. Стилист сказала, что оно подчеркивает мои глаза. Сейчас мне кажется, оно подчеркивает лишь мое жуткое желание провалиться сквозь землю.

Мы подходим к нашему столику. Он расположен не в центре, но с хорошим обзором. Даня придерживает для меня стул. Его пальцы на секунду касаются моих плеч, легкое, быстрое прикосновение. Оно словно говорит «держись».

Я сажусь, складываю руки на коленях, чтобы скрыть дрожь. Оглядываю зал, и мой взгляд цепляется за знакомыелица. И застывает.

В паре метров от нас, у столика с шампанским, стоят Петя и Катя. Мой бывший парень. И моя подруга, с которой мы делили квартиру. Они держатся за руки. На Кате – короткое алое платье. Подруга громко смеется, запрокинув голову. Петя смотрит на нее с обожанием.

Что за ирония судьбы? Мир тесен до противного. Я отвожу взгляд, но слишком поздно. Петя уже заметил меня. Его глаза вспыхнули, в них мелькает удивление, а затем что-то вроде неприязни. Катя, следуя его взгляду, тоже поворачивается. Ее улыбка замирает, становится фальшивой. Она что-то шепчет Пете на ухо.

Но мне абсолютно все равно. Глядя на них, я не чувствую ни боли, ни обиды, ни ревности. Лишь легкое удивление и странное спокойствие. Пусть будут счастливы. У меня есть Даня. Или... его у меня нет?

Мысль о беременности его невесты снова, как нож, вонзается в сердце.

Мне нужно несколько минут в одиночестве, чтобы перевести дух, чтобы смыть с себя это давящее внимание.

Через некоторое время я иду в дамскую комнату. Уборная такая же роскошная, как и все здесь: зеркала в позолоченных рамах, бархатные пуфики, аромат гардений.

Я выхожу из кабинки, подхожу к раковине, включаю воду. Холодная вода омывает запястья, и это немного успокаивает. Я поднимаю взгляд на свое отражение. На незнакомую девушку с красиво уложенными волосами, с безупречным макияжем, в дорогом платье. Где-то глубоко в ее глазах прячется испуганная Алина, которая хочет домой, к учебникам и тишине.

Вдруг в отражении появляется еще одна фигура. Петя. Он останавливается прямо за моей спиной, его руки в карманах брюк, на лице – неприятная, кривая ухмылка.

– Ну здравствуй, разлучница, – говорит он. Его голос звучит притворно-сладко.

Я медленно поворачиваюсь к нему, вытирая руки салфеткой.

– Привет, Петя. Пропусти, пожалуйста.

– Не торопись, – он не двигается с места, блокируя мне выход из небольшого пространства между раковинами. – Как ощущения? Чувствуешь себя королевой? Ну, это ненадолго.

Я молчу, смотря на него. Раньше его взгляд мог заставить меня ежиться. Сейчас – нет. Он кажется маленьким и жалким.

– Я смотрю, ты быстро устроилась, – продолжает он, оглядывая меня с ног до головы. – Сразу после нашего разрыва нашла себе олигарха. Надо же, какая прыть. А я-то думал, ты и правда такая самостоятельнаяи амбициозная, решила работать.

– Я очень рада за тебя и Катю, – говорю я спокойно. – Искренне.