Книга Дочь врага. Невинность в расплату, страница 49 – Кэтрин Рамс

— Пошли, я отвезу тебя домой, моя родная, — говорит он, больно схватив меня за руку, тянет к выходу. — Нечего тебе здесь находиться! А с ним я все решу сам, не буду его больше жалеть, как только Камиль мне покажется, я пристрелю ему голову!

Когда мы оказываемся на улице, он даже не замечает, что я вышла зимой босая! Больше месяца назад так же тащил меня Камиль.

Однако есть кое-что важнее, чем пробирающий холод.

— Пап, стой. Ответить мне на один вопрос.

Отец хмурится и смотрит по сторонам, словно в кустах кто-то может скрываться.

— Нам пора, он может быть рядом, а у меня мало людей. Зная этого ублюдка, троих он точно завалит.

Дергаю его за руку, чтобы он перестал меня волочь к машине.

Мне нужны ответы!

— Скажи, ты правда насиловал его сестру?

Лицо отца меняется, оно становится более суровым и хмурым, словно я задела то, что трогать вообще не стоило.

— Нам некогда разговаривать, я должен отвезти тебя в безопасное место, где Камиль тебя никогда не найдёт.

Он найдёт меня где угодно, если потребуется. Я это знаю.

— Ответь на мой вопрос, иначе я никуда с тобой не поеду! — повышаю я голос, желая знать его правду.

— Наши отношения с его шлюхой сестрой не твоего ума дело! — срывается на крик отец, вновь хватая меня за руку. — Пошли, я сказал!

Упираюсь босыми пятками в холодную землю и выдёргиваю руку.

— Значит это правда?! Ты издевался над бедной женщиной, ты изнасиловал ее, снимая это на видео, при этом был женат на моей матери! Что ты за человек?

По глазам его вижу, что так оно и было. Мой отец извращенец, если быть точнее, садист.

— Я твой отец в первую очередь, а мои пороки тебя никак не касаются, — отслюнявливает он. — И я смотрю он успел промыть твой мозг. Ты правда поверила тому, кто убил десятки людей? Тому, кто был никем? Это моя семья его взяла под своё крыло, моя мать ему помогла! Олесю я взял, как оплату.

Как это? Почему девушка должна была с ним расплачиваться, если это было решением нашей бабушки?

— Ты себя слышишь, отец? Ты погубил ее! Заставил избавиться от ребёнка, она же из-за тебя умерла! Поэтому Камиль тебя так ненавидит, это ты во всем виноват!

В этом уже нет никаких сомнений. Я вижу с каким отвращением он говорит о Олесе, как о чем-то грязном, хотя я уверена в том, что она была хорошим человеком. Я верю в историю Камиля.

— Алис, она была обыкновенной шлюхой, не достойной иметь от меня детей, — говорит он, а плохо от его слов мне. — То, что я с ней делал, ей нравилось. Так или иначе. Опять же, это не твоё дело.

Он отводит глаза в которых я замечаю блеск, словно он вспомнил, что с ней делал.

— Ваше прошлое теперь и меня касается тоже, — произношу я более спокойным голосом, чтобы до него достучаться. — Я люблю его и никуда с тобой не поеду.

Приподнимаю вверх подбородок, давая понять, что приняла окончательное решение. Хотя до этого никогда ему не перечила, однако догадываюсь, что мои слова для него лишь пустой звук.

— Ты что его? А ну-ка повтори!

По коже проносятся мурашки от страха, который я ощущаю, смотря в егозлые глаза. Отказываться от своих слов тем не менее не намерена.

— Люблю. Он мой мужчина.

Варшавский кривиться в противной гримасе. Он подходит ко мне вплотную, я же делаю шаг назад.

В один момент он замахивается и моя щека начинает гореть.

Он ударил меня…