Книга Девочка, подчиняйся! Отец подруги, страница 49 – Кэтрин Рамс

— Вы не хотите? — тем не менее смело спрашиваю я. — Простите, но вы не мой отец, не мой брат и тем более не мой мужчина, чтобы говорить мне с кем мне не стоит общаться. Артём вполне хороший парень.

Я могу ошибаться, скорее всего так и есть, потому что до этого я не видела, чтобы мажор был нормальным, в каждом, кого я знаю, есть огромные недостатки.

— Хорошие парни не шатаются по стриптиз-клубам и не нюхают всякую гадость, — удивляет меня очередным высказыванием.

— Откуда вы можете знать куда он там ходит? — задаю вполне логичный вопрос. Он же за ним не следит. — И вообще, я хочу сама решать с кем мне общаться.

Это правда не его дело. Я ему ничего не должна, тем более после того, как он со мной обошелся. Он напрямую говорил мне, что я недостойная девушка, что я наркоманка, не зная меня, этого невозможно забыть!

Мне до сих пор больно от его слов. А он такой весь положительный, даже не сопротивлялся, готов был пойти на измену с неизвестной девушкой!

Он не тот, кто может меня учить жизни.

— Один раз по твоим же словам, тебе что-то подмешали в напиток. Хочешь повторения? — спрашивает с нажимом. — В этот раз я могу не успеть тебя спасти.

Нет, ни в коем случае! Это моя ошибка, которую допустила, я хорошо об этом подумала и поняла как вести себя дальше, чтобы такого не повторилось.

— Спасти? Или тоже воспользоваться?

После того, как слова слетают с моих губ, я сильно прикусываю язык, потому что вижу, как блеснули его глаза.

Не хотелаэтого говорить, но назад время не отмотать. Остается только мысленно отругать себя, за то что запустила опасную для разговора тему.

— Так значит ты заговорила, — произносит с усмешкой, подходя ко мне ещё ближе, пока я не начинаю чувствовать аромат его одеколона с легкой примесью выпитого алкоголя. — Хочу напомнить тебе, что от того ублюдка, который тебя чуть не изнасиловал, ты вырывалась, а на меня ты сама набросилась, — его губы растягиваются в усмешку. Затем он наклоняется ко мне, чтобы прошептать следующие слова уже на ухо. — И ты не выглядела несчастной жертвой, тебе все понравилось, даже сосать мой член…

Сердце начинает отбивать чечетку в грудной клетке, в глазах появляются блики. Кожа покрывается мурашками, а щеки начинают сильно гореть, выдавая мое дикое смущение.

Да, я сразу же вспоминаю его длинный и толстый член, который во мне и не помещался даже.

Вспоминаю, как он в момент напрягся во мне, вспоминаю…

Нет! Нельзя! Этого не было! Я не могла просто взять и позволить ему это с собой сделать. Я же девственница, ничего кроме невинных поцелуев у меня не было.

— Это была ошибка, вы были такого же мнения. Мы договорились обо всем забыть, а сейчас вы мне все это припоминаете, ещё и запрещаете знакомиться с парнем, — чуть ли не задыхаюсь от переполнявшего все мое тело волнения. — Я не понимаю, что происходит…

Чего он добивается? Смутить меня хочет? Напомнить о единственной моей подобной ошибке? Пристыдить?

Многие девушки не против спать с первым встречным, я их не осуждаю, но для себя всегда хотела иного. По сумасшедшей любви, но точно не под дурманом.

Полянский выпрямляется, его глаза чуть ли не горят, как два фонарика. Его видимо порадовала моя реакция на его слова.

— Я не запрещаю. Я всего лишь сказал, что он тебе не подходит.

Чего же он хочет…