Книга Профессор Астор, страница 7 – Катарина Маура

– Лей, с каждым новым вдохом оно давит на меня все сильнее.

Я киваю и отвожу взгляд, уставившись на свой стакан. Что-то в этом мужчине заставляет мое сердце бешено колотиться. Стены, которыми я себя окружаю, рядом с ним дают трещины, и я не могу понять, дело в сегодняшнем вечере или это имеет какое-то отношение к нему. Возможно, и то и другое; просто одна истерзанная душа узнает другую.

Я делаю большой глоток своего напитка в попытке избавиться от ощущения его взгляда, который буквально прожигает мою кожу. Тор даже не прикасается ко мне, и все же кажется, будто он ласкает меня.

– Расскажешь о своем дерьмовом дне? – спрашивает он.

Я качаю головой.

– Пожалуй, не стоит. А ты хочешь поделиться своим?

Тор усмехается и мотает головой.

– Не-а. Давай просто свалим все на ретроградный Меркурий. Так вы, миллениалы, поступаете в наши дни, верно?

Я прыскаю со смеху и бросаю на него удивленный взгляд.

– Ладно, бумер, – говорю ему. – Ты явно в курсе, что Меркурий сейчас ретроградный, и что это говорит о тебе, псевдомиллениал?

Он притворно ахает, и я снова смеюсь. Удивительно, как ему так быстро удалось поднять мрачное настроение этого вечера. Я была уверена, что в конечном итоге позвоню Амаре в слезах, но вместо этого сижу тут и улыбаюсь незнакомцу.

– А ты вообще знаешь, что на самом деле происходит, когда Меркурий ретроградный? – спрашивает он, очаровательно улыбаясь. Я опускаю взгляд на его губы и на мгновение задумываюсь, каково было бы его поцеловать. Я хочу почувствовать его щетину на своей коже, его губы на моих губах.

– Вся электроника выходит из строя, и то, что ты похоронил в прошлом, возвращается и преследует тебя.

– Боже, – смеется он. – Ты суеверная особа? Знаешь, Лей, что на самом деле происходит… ничего.

Я бросаю на него хмурый взгляд, а он улыбается.

– Ретроградное движение Меркурия – это оптическое явление. На самом деле его нет. Меркурий находится к Солнцу ближе, чем Земля, поэтому его орбитальная скорость выше. Вот почему кажется, что несколько раз в год он движется в обратную сторону, но на самом деле ничего не происходит.

Я прищуриваюсь и возмущенно качаю головой.

– Только не это… Ты из тех, кто мыслит рационально. Тор, мы не можем быть друзьями.

Он усмехается и покачивает головой.

– Хм-м, даже не знаю. Похоже, мы оба любим астрономию, только по-разному. С другой стороны… ты права. Мы не можем быть друзьями. Мы определенно собираемся стать чем-то большим.

Думаю, я не переставала улыбаться на протяжении всего нашего разговора, и когда с моих губ срывается смешок, я испытываю легкое головокружение.

– Отлично сказано, но тебе не удалось убедить меня в том, что в моих несчастьях виноват не Меркурий. На этой неделе у меня четыре раза возникали проблемы с электронной почтой. Четыре раза, Тор. Это в четыре раза больше, чем обычно, – возражаю я, игнорируя остальные его слова, потому что не хочу показывать ему, насколько сильно он меня волнует.

Он смеется и облокачивается на барную стойку, сосредотачивая все свое внимание на мне. В баре многолюдно, но кажется, будто сейчас здесь только мы вдвоем.

– Я тебе покажу, – обещает он, задерживая на мне свой взгляд. – У меня во внедорожнике есть телескоп. Идем, посмотрим на твой сверхъестественный Меркурий.

Его предложение застает меня врасплох, и я замираю в нерешительности. Меня нельзя назвать недотрогой, но я определенно осторожна. Никто не знает, что я зашла в этот бар, и уходить отсюда с едва знакомым мужчиной кажется верхом безответственности.